Хочу тебя… сжечь!

Когда же я разберу эту свалку?

Смотреть в горящие черные угли просто невыносимо, так что я тихонько сгребла чулочно-носочный шедевр обратно в сумку и протянула папку боссу.

– Мерзните? – мне послышалось или это усмешка?

– Плохой теплообмен. Куда мне…

– Вот стол. Рабочий день начинается в девять тридцать, придет Ульяна, все покажет, – отрезал мужчина и, не успела я даже рта открыть, развернулся и хлопнул дверью. Чуть ли не по носу мне.

М-да. В этом месте поток нецензуры смел мои чистые помыслы обнулиться.

Что за Ульяна? Что покажет? Какого лысого он мне в девять сказал тогда приходить?

Раздраженно поправила сумку на плече и направилась к указанному столу. Их два одинаковых с лица, один, очевидно, той самой Ульяны. Массивные, черные, с высокой стойкой, закрывающей сидящего с головой. Почти бомбоубежище.

Опустилась в кресло и принялась изучать ящики – ничего. Повертела монитор – не включается. Пару десятков раз тяжело вздохнула и вытряхнула содержимое сумки на стол.

Матерь божья, и когда я успела столько хлама натаскать? Так, хорошо, носки – подарок Дианки на новый год, тупо забыла вытащить, штопор – ездила в гости, просили захватить, так и не воспользовались, открывали ножом. Карты Таро – это подгон тети, той ещё окультистки. Миллион использованных батареек – никак не дойду сдать их в специализированный контейнер. Косметичка, духи, расческа, кошелек, это все важное, нужное. Лавровые листы, кроличья лапка, павлинье перо? Серьезно? А, да, надо было Дианке помочь с костюмом на Хеллоуин.

Все чеки – на выброс. Флаеры – туда же. Святые кокушки, это что, прошлогодняя шоколадка? Средство от комаров? Презервативы? Представляю, что у них за срок годности…

Что ж, очевидно, пора прикупить сумку поменьше.

– Предполагаю, вы собрались остаться здесь на ПМЖ? – от звучного голоса я подскочила и невольно подбросила маленькую коробочку с провокационным содержанием, на которой силилась рассмотреть дату выпуска.

Глаза моего босса почти ошарашенно скользнули по столу и уткнулись в эту пикантную деталь. Ну почему, почему все нелепости неизменно сопровождают меня в купе с этим мужчиной? Жила же как-то двадцать семь лет без приключений… Шрам на попе не считается!

– Здесь этому не место, – нахмурился самый хмурый человек во вселенной.

– Конечно, я просто… сумка…

А, чего уж там! Помирать, так с музыкой. Глубокий вдох – выдох.