Альтавион

По левую сторону была столовая с больши?м вытянутым столом, выполненным из стекла с применением позолоты. После столовой шли закрытые комнаты, под которые было отдано всё оставшееся место на этаже.

Торната остановилась перед окнами, глядя на город, что уходил в вечер. С двухсот пятьдесят пятого этажа комплекса Сифурай был виден Кварталион— культурный центр города, что стоял в окружении зелёных деревьев и единственной реки города. Она маловодно и неспешно протекала сквозь экватор, ответвляясь небольшими каналами по всей оставшейся части планеты.

Один из них проходил у подножия Сифурай, что позволяло комплексу держать катера для прогулок и переправки у себя в подземных гаражах.

В закате Солнца-2, найденными ученными светила, что поддерживало необходимую температуру на планете, город окрашивался в темно-багровый цвет. Ослепительно отражалось свечение в каждом позолоченном элементе, словно напитывая металл светом уходящего дня. Красный, со всеми его оттенками, и золотой были символами города, его отличительными цветами.

Они символизировали силу, стойкость духа и роскошь—теми качествами, коими искрил мегаполис. Изначально цвета были на нашивках высших офицеров флота, а уже позже, сливаясь с модой, что всегда шла вровень, стали символами Альтавиона.

Торната любовалась родным городом, когда с ней запоздало поздоровалась система:

– Добро пожаловать домой, Торната. Будут какие-нибудь распоряжения? – голос был электронным. Была возможность сделать человеческим, но отец запретил менять, объясняя тем, что нужно привыкать воспринимать сопутствующие в обиходе машины не как живых существ, а как неживую технику, способную предать с первым глюком и сбоем.

–Система, – обратилась к пространству девушка, не сводя взгляда с города, – Почему не сработала команда приветствие? Я в доме уже более пяти минут.

– Риандол Авангорай прибыл несколькими минутами ранее, заняв мои серверы и поставив каналы связи на беззвучный режим. Мощности хватает только на принятие к исполнению прямых приказов.

Девушка развернулась по направлению к комнатам, удивлённо спросив:

– Риандол дома? Можно к нему зайти?

Брат близнец для неё был самым близким членом семьи, что мыслил с ней почти одинаково. С отличием в том, что готов был и дальше подчиняться офицерам, только чтобы остаться пилотом одиночных космических кораблей, в то время как её амбиции доходили до управления всей флотилией звёздной системы.