Дочь Лунной богини

Возможно, у меня наконец получится завести друзей, о которых я так долго мечтала.

Девушка с ямочками на щеках повернулась ко мне.

– Ты новенькая? Откуда родом?

– Я… я…

История, которую помогла мне придумать Пин’эр, давно забылась. А под тяжестью их пристальных взглядов к щекам прилил жар.

Ее подружки захихикали, а их глаза заблестели, как омытые дождем камни.

– Цзяи, – окликнула одна из них девушку с заколкой, – кажется, она потеряла голос.

Цзяи пронзила меня взглядом, а ее рот скривился, словно она увидела что-то неприятное.

Ей не понравилась моя прическа или что на моих талии, запястьях и шее нет украшений? Или что моя осанка не такая прямая, как у нее, и мне не хватает присущей ей уверенности в себе? Все это лишь подчеркивало простую истину: я здесь чужачка и не принадлежу этому миру.

– Кто твои родители? Мой отец занимает здесь должность главного стражника, – заявила она с явным превосходством.

Мой отец всего лишь убил огненных птиц. А мама зажигает Луну.

Это заявление стерло бы самодовольство с ее лица.

Но мне удалось подавить столь безрассудный порыв. Конечно, я бы испытала мимолетное удовольствие, но уже через минуту меня бы заклеймили обманщицей или вовсе бросили в тюрьму. А если и поверили бы, это поставило бы маму и Пин’эр под удар.

– У меня здесь нет семьи, – наконец выдала я самый безопасный ответ.

Мои слова породили еще больше презрения ко мне, я видела его проблески во взглядах, которыми они обменялись. Теперь троица знала, что меня некому защитить.

– Как скучно. И где только тебя отыскал домоправитель? На улице? – отворачиваясь, фыркнула Цзяи.

Остальные последовали ее примеру и вновь начали щебетать о своем, как стая птиц. В животе словно лед застыл. Я не понимала, чего они от меня ожидали… но вряд ли ошибалась в том, что они сочли меня недостойной, не заслуживающей уважения. На негнущихся ногах я прошла в дальний угол и опустила узелок с вещами на пустую кровать. Девушки шутили и смеялись, и от их веселья мне становилось еще больнее.

Почувствовав, как в горле образовался ком, я поспешила наружу, чтобы собраться с духом. Меня злило, что приходится убегать, но и плакать при них я не собиралась.

«Прибереги свои слезы для более важных поводов», – приказала себе я, прежде чем вернуться в комнату. Но стоило мне войти, как девушки резко повернулись, и в комнате воцарилась тишина. В этот момент я заметила, что мой узелок развязан, а его содержимое разбросано по полу.