От ненависти до любви…

Все три дня Оливер продумывал возможные сценарии их схватки и размышлял о том, чем ей ответить. Конечно, она свои планы строила дольше, но он, пожалуй, быстро ее догонял.

Девица-дворецкий распахнула двери Адам-Хауса, и Оливер поднялся на крыльцо по истертым гранитным ступеням. Эти ступени тоже надо будет заменить, подумал он. И дверь. Стоит сказать об этом Диане, хотя… это ведь будет стоить дополнительных денег. Его денег.

– Лорд Хейбери, леди Камерон ожидает вас. Вы найдете ее наверху, в кабинете. Насколько я помню, вы там уже бывали.

– Лэнгтри, а вы разве не должны меня проводить?

– Сегодня – нет, милорд.

Если спросить, почему она не может покинуть свой пост у дверей, скорее всего, она ответит просто: это не его дело. А Оливер не собирался тратить порох на перепалку с проклятой девицей.

По этой же причине он не стал задавать вопросов о фанерных щитах, отгораживающих большую часть холла. Из-за этой импровизированной стены доносились стук молотков, визг пилы и приглушенные мужские голоса, но что там творится – оставалось неясным.

Дверь кабинета была открыта. Оливер вошел, не потрудившись постучать.

– Половина одиннадцатого. Хотя ты, Диана, разумеется, это прекрасно знаешь – последние двадцать минут то и дело поглядывала на часы, верно?

Боже правый, на Диане снова черное! Простое муслиновое платье, которое в любой цветовой гамме выглядело бы пресным, смотрелось на ней чертовски соблазнительно. Да уж, в этом искусстве ей нет равных.

Диана указала на кресло напротив стола.

– Карточные игры для джентльменов. Фараон, вист, двадцать одно – что еще?

– Нет-нет,?– возразил Оливер, садясь.?– Прежде чем переходить к делу, давай хоть немного поболтаем.

Наклонив голову набок, Диана смерила его ироничным взглядом:

– Ладно. Можем поболтать. Были у тебя в последнее время интересные любовницы?

Оливер отдал должное ее умению бить наотмашь. Однако этим умением он владел и сам.

– Интересные? Гм… Скорее, послушные и удобные. Знаешь, теперь, задумавшись об этом, должен признать: ты была более интересной любовницей, чем все, попадавшиеся мне в последнее время.

– Как жаль, если учесть, что я о тебе забыла, едва ты вышел из спальни.

Оливер наклонился вперед, поставил локти на стол и опустил подбородок на руки.

– И сейчас ничего не помнишь? Может быть, тебе напомнить? Я всегда готов.