Страсть по расписанию

У них была устная договоренность – Маргарита получала пятнадцать процентов от положенного ей жалованья, а остальные восемьдесят пять процентов уходили на то, чтобы выкупить виноградники, чтобы снова делать вино и продавать его под брендом Сент-Айседора. Маргарита не позволит имени Делакруа кануть в Лету.

А она была так близка к цели! Закончила выплачивать стоимость виноградников в свой последний день рождения, но Лайнус не успел документально оформить их сделку. Он внезапно умер от инсульта, и кожаная папка, в которой хранились документы, подтверждавшие оплату ею стоимости виноградников, исчезла.

А когда она попыталась объяснить ситуацию наследникам Лайнуса, те просто рассмеялись ей в лицо и вызвали шерифа, чтобы он выселил ее с их собственности.

Вино, которое делала Маргарита, было всем, что у нее осталось, и она будет проклята, если позволит ему гнить в погребе или, еще хуже, быть уничтоженным. Она взяла в руки последнюю бутылку.

Капли пота стекали по ее лбу, и девушка нетерпеливо смахнула их.

Ее руки были покрыты пылью, и она вытерла их о джинсы и нажала на кнопку лифта. Она поднимется на первый этаж, а там ей предстоит преодолеть всего лишь небольшое расстояние до главного входа. Эрсли была где-то поблизости и ждала ее звонка. Они погрузят вино в машину Эрсли и уедут.

Но куда? Единственная жизнь, которая была знакома Маргарите, проходила здесь, в Сент-Айседоре. Она хотела лишь одного – остаться здесь. И думала, что ее соглашение с Лайнусом позволит ей остаться здесь навсегда.

Она смахнула слезы с глаз. Сент-Айседор был ее домом. А теперь новый владелец – технический магнат уничтожит его.

Эван Флетчер протер глаза и снова посмотрел на экран лэптопа. Но числа на нем были по-прежнему удручающими.

Когда он поручил своему менеджеру купить для него Сент-Айседор, его порадовало, что не только винодельня была прекрасно оборудована, но и хозяйский дом был полностью обставлен. Но когда он приехал на место несколько часов назад, обнаружил, что за удачными фотографиями прятались следы обветшания и множественных повреждений.

Однако Сент-Айседор все еще был бизнесом на плаву, и это было идеальным приобретением для его нужд. Все остальное требовало лишь косметического ремонта.

– Я охотно сказала бы «я тебя предупреждала», но сейчас уже поздно, а кроме того, я не хочу потерять тебя в качестве клиента, – сказала его менеджер, явно зевая.

– Не бойся, Пайя. Можешь сыпать мне соль на рану, сколько хочешь.