Жизнь, какой мы ее знали

– Да, рай, – ответила она и закрыла громадные ворота, так что я оказалась по другую сторону от нее и океана.

– Пусти меня, – попросила я. – Это Меган сказала тебе не пускать меня в рай?

Бекки рассмеялась. Я так давно не вспоминала ее смех. Она была ужасно смешливая, и всякий раз мне тоже становилось смешно. Мы иногда хохотали по пять минут кряду, даже не зная, над чем.

– Меган не виновата, – сказала Бекки. – Виновата ты сама.

– Что я такого натворила? – спросила я.

То есть заскулила, вообще-то. Даже во сне мне казалось, что можно было задать вопрос пристойнее.

– Ты не можешь попасть в рай, потому что ты не мертва, – сказала Бекки. – Ты недостаточно хороша, чтобы быть мертвой.

– Я буду. Обещаю, – сказала я и проснулась.

Меня аж трясло после этого сна. Он не был похож на кошмар. Я вообще не знаю, на что он был похож. У меня нет слов описать, каково это – когда тебя не пускают в рай, а тебе так отчаянно хочется туда, что ты даже умереть готов.

Школа – пустая трата времени. У меня только английский и история: все остальные учителя не явились.

На английском мистер Клиффорд читает вслух короткие рассказы и стихи. Мисс Хэммиш пытается как-то обозначить для нас исторический контекст, но пол-урока уходит на чей-нибудь рев. Я еще не плакала в школе, но подошла к этому вплотную. Вне уроков мы болтаемся по школьному зданию и обмениваемся слухами. Один пацан сказал, что знает, где до сих пор работает «Дэйри Куин»[12 - «Молочная королева» – сеть кафе с фастфудом и развесным мороженым. ], но нам не скажет. Другая девчонка заявила, что электричества больше не будет, а ученые работают над тем, чтобы использовать солнечные батареи. И конечно, многие говорят, что луна все приближается и мы умрем к Рождеству. Сэмми, похоже, убеждена в этом.

За обедом Меган разломала свой сэндвич и отдала половину Сэмми и половину Майклу.

При этом она посмотрела на меня и подмигнула.

8 июня

В последнее время я стараюсь избегать новостей. По крайней мере это оправдание для моего безразличия ко всему, что происходит за пределами моего маленького уголка Пенсильвании.

Какое нам дело до землетрясений в Индии, Перу или даже на Аляске?

Ну ладно, не совсем так. Я знаю, кому есть дело. Мэтту и маме, и если новости как-то связаны с бейсбольными игроками, то и Джонни тоже. Зная папу – ему есть дело. И миссис Несбитт.

Только мне все равно. Я притворяюсь, что мир не разваливается на части, потому что мне не хочется, чтобы он разваливался.