Обеты молчания

Он был начеку. В боевой готовности. Он был напряжен, но не нервничал.

Время от времени он прохаживался по чердаку туда и обратно.

Сначала было тихо, но через полчаса или около того улица снаружи начала оживляться. Клуб «Севен Эйсес» открывался в восемь. Флуоресцентные и неоновые лампы горели снаружи и освещали плакаты и вывески. Тротуар переливался синим и зеленым. Лица были оранжевыми. Он просчитал все до секунды. Достал винтовку из потайного ящика за потолочными балками. Оставил одну панель снятой, чтобы быстро вернуть ее на место.

Встал на позицию. Обзор был отличный. Можно было попасть в оленя в трехстах ярдах. Даже больше.

Он ждал. Только сейчас его сердце начало биться сильнее. Как и должно. Но он был невозмутим. Его рука была тверда.

Белая машина подъехала к ступенькам перед клубом, отражая мелькающие огни – то синие, то зеленые, то розовые, то золотые. Дверь открылась, и они стали выходить оттуда, смеясь, дразня друг друга и размахивая руками.

Клэр Пескод.

Она вся была у него на виду.

Он целился в сердце.

Но прямо в эту секунду девушка в глупой ковбойской шляпе споткнулась и подалась вперед.

Пуля задела ковбойшу, прежде чем попасть в Клэр, но не в сердце, не чисто.

Крики снаружи становились все громче.

Хаос.

Но не здесь.

Здесь он медленно поднялся, спрятал ружье, поставил на место панель, уверенно, легко пробежался по сломанным стропилам, нырнул за дверь. Опустил деревянный настил. Оказался на пожарной лестнице и соскользнул по веревке, очень быстро.

За его спиной крики усиливались, пока не превратились в стоны тысячи чаек, летящих ему вслед.

Восемнадцать

– Мама, скоро будет ярмарка, скоро будет ярмарка!

– Мама, нам можно пойти, правда, мы же всегда ходили на ярмарку?

– И я теперь взрослая и смогу кататься на больших каруселях.

– Не будь такой глупой, ты не взрослая, тебе не разрешат, ты опять будешь кататься в чашечках с Феликсом, нэ-нэ-нэ!

– Мам-м-м-а-а-а-а!!!

Она могла справиться с двумя своими собственными препирающимися детьми довольно легко.

Саймон стоял, облокотившись на столешницу, с чашкой кофе в руках.

– Так, ну и что обозначает это лицо, как сказала бы мама? Сэм, прекрати задирать свою сестру. Ты сделал домашнюю работу? Нет, даже не отвечай, просто иди и сделай ее. Папа за тобой разве не проследил?

– Он лег спать из-за джетлага.

– Отличное оправдание! Ханна, не ной. А теперь ИДИТЕ. Ты разве не на службе, Сай?

– И да и нет.