Обеты молчания

Если вы хотите оставить сообщение Филу, нажмите ЗДЕСЬ».

Она нажала дважды.

Три

– Да нет вообще такого слова «сидок»!

– Вообще-то есть такое слово – «сидок»!

– Ты его выдумал! Дядя Сай, он ведь его выдумал?

– Мама…

– Меня не спрашивайте, – сказала Кэт Дирбон, бросая горсть грецких орехов в миску для салата, – вы знаете, я не могу в «Скрэббл».

– В «Скрэббл» не «могут», а играют, пф!

– Сэм, сколько раз тебе говорить, что «пф» – а тем более «пф» с таким лицом – это крайне оскорбительно, и ты не должен этого произносить.

Сэм вздохнул и повернулся обратно к доске.

– Сидок. Есть такое слово.

– И что оно тогда значит?

– Это… Способ, которым приземляются австралийские птицы эму. Они делают сидок.

Саймон Серрэйлер поднялся, разразившись громким хохотом.

– Браво, Сэм! Даю тебе десять очков за креативное жульничество! – Он прошелся в другой конец кухни и сунул палец в заправку для салата. – Нужно больше лимона.

– Сомневаюсь.

– И щепотку сахара.

– Почему бы тебе не сделать самому?

– А мне влом.

– Мама, дядя Саймон сказал…

– Я знаю, и это крайне некультурное выражение. Больше так не говори, пожалуйста, – Кэт бросила на своего брата суровый взгляд.

– А ты стала больше важничать. Австралия как раз для вас. Громких, важничающих женщин.

Кэт запустила в него лист салата. Саймон увернулся. Салат влажно шлепнулся на пол.

– Господи, как мне это нравится. Нравится, нравится, нравится! – Саймон рухнул на старый кухонный диван. – Если бы вы только знали, каково это было, когда вас не было, а здесь были чужие люди, и я не мог просто прийти и…

– Ты говорил нам, – сказал Сэм, бросая фишки с буквами в зеленый мешочек на шнурке, – что это было ужасно.

– Да, где-то миллион триллионов раз.

– Значит, ты по нам скучал. Вот что получается.

– Сай, можешь открыть эту бутылку? Сэм, положи циновки на стол. Ханна…

– Мне надо в туалет, мне прямо очень-преочень надо!

– Мам, пусть она перестанет так делать, она всегда так делает, она просто хочет сбежать, чтобы ничего не делать, ей вообще не надо в туалет!

– Хватит жаловаться.

Саймон стал рыться в ящике в поисках штопора.

– Знаешь, – сказал он Кэт, – это «очень-преочень» в духе нашего отца. Вот правда.

– Он может повидаться с нами, когда вернется. Не надо раздувать из этого трагедию.

Ричард Серрэйлер, отец Саймона и Кэт, объявил, что будет в отпуске, когда семья Дирбон вернется из Австралии.

– Но он не ездит в отпуск.