Опасность тьмы

И после этого она с ужасом осознала, что именно это случилось с Карин МакКафферти: вот она бежит домой, чтобы сообщить мужу о том, что ее снимки чисты, что рак ушел, а вот она уже стоит лицом к лицу с человеком, который бросает ее, чтобы уехать жить с другой женщиной в Нью-Йорке.

– Она даже не моложе, – сказала она вслух. – Я не знаю, почему это было бы лучше, но было бы. Но она старше. Женщина, старше ее, бог ты мой!

Крис смотрел на нее непонимающим взглядом.

– Карин МакКафферти, – уныло пояснила она.

 – От нее так ушел Майк.

– Какое это имеет отношение вообще к чему-либо?

– А разве не имеет?

Повисла пауза, после которой Крис закрыл глаза.

– О господи. – Он взял ее руки в свои. – Все это имеет отношение только к тому, что я устал, и мне тошно, и я выгорел почти дотла. Это имеет отношение ко мне, к тому, что я больше не хочу этим заниматься. Я не хочу быть тем, кем сейчас являюсь.

– Кем именно? Мужем? Отцом?

– Нет, конечно, не мужем и не отцом. Врачом общей практики. Я больше не хочу быть врачом общей практики.

– Но ты доктор до мозга костей, ты…

– Я не сказал «доктором». Я сказал – врачом общей практики. Вот этого с меня хватит. Ты до сих пор это любишь. А я начинаю это ненавидеть, а когда я это не ненавижу, я это презираю. Профессия изменилась, меня доводит бюрократия… но дело не только в этом… Я не хочу этим больше заниматься. Если я продолжу, я стану плохим доктором.

– Нам нужен отпуск, вот и все.

– Нет, не все. У нас был отпуск, и я не почувствовал себя лучше.

Слушай, я не готов обсуждать эту гигантскую проблему сейчас, посреди ночи, когда мы оба валимся с ног.

– Чего ты на самом деле хочешь?

– Переквалифицироваться… ну в каком-то смысле. Я хочу вернуться к психиатрии.

– Мне кажется, я сейчас расплачусь. Или меня вырвет.

– Шок?

– Облегчение. Не Австралия, не другая женщина.

– Насчет Австралии я сдался, а какая другая женщина меня такого возьмет? – Он направился в ванную. – А что это за история с арестованной женщиной?

Четырнадцать

– Отец на Небесах, даруй им утешение в страданиях.

В страхе дай им отвагу, в муках даруй им терпение, в унынии принеси им надежду; в покинутых всели веру в молитву и в помощь всех Твоих святых, через Господа Нашего Иисуса Христа.

Пламя свечей слегка подрагивало, и светильники превращали часовню Христа Исцелителя в сияющую пещеру. Огромное пространство собора за спиной у Джейн Фитцрой рельефно выступало из темноты.