(Не)настоящий ангел

– Ну, во-первых, не на вас, Максим Витальевич, а на компанию. А, во-вторых, – беру его руку и выкручиваю запястье, чтобы взглянуть на стрелки часов. – Обед. Трудовой кодекс, знаете ли, ничего не попишешь!

Выпускаю из пальцев дорогой пиджак и разворачиваюсь на пятках к выходу. Ноги неприятно холодит плитка, и я запоздало понимаю, что туфли так и остались у окна. Гордо вздернув подбородок, разворачиваюсь на сто восемьдесят и, обогнув пышущего гневом босса, иду за обувью. Подхватываю мои ненавистно-любимые лодочки и, опираясь на стекло, надеваю.

Кидаю взгляд на здание напротив, натыкаюсь на все те же склоненные над компьютером лица. Но кто-то же меня заметил!

Обвожу взглядом весь коммерческий отдел конкурирующей фирмы, мысленно представляя, где буду сама сидеть. Может, мне уступит место вот тот, у раскидистого фикуса? Я люблю цветы. Или для меня лично поставят новый стол? Прямо напротив окна, чтобы Державин каждый раз смотрел на меня из своего офиса и локти кусал, как все просрал!

Перетаптываюсь с ноги на ногу, поправляя туфли, кидаю взгляд на брошенный на пол плакат “Возьмите меня на работу” и еще раз убеждаюсь, что все сделала правильно.

Жаль помада закончилась на последних цифрах моего номера, сейчас бы не помешало поправить макияж перед важной встречей и Державину на зло.

Стук моих каблуков прокатывается по Опен спейсу (Офис открытого типа – прим.автора), отбиваясь от холодной плитки, забивая брошенные мне в спину слова злого босса.

Не важно, все это уже не важно.

Я долго терпела его выходки, эти прятки от людей и его совершенно непомерное эго. Но ставить меня в один ряд с тупоголовыми подстилками – это вышка. Я достойна большего. А он достоин хорошей порки. И поверь, Макс, я уже достаю свой стек.

Глава 2

Ангелина

Поворачиваю ключ в замочной скважине, попутно пытаясь спрятать пачку сигарет поглубже в сумке. Это вторая за шесть дней. Если учесть, что до этого я не курила четыре года – не так уж и много, да? Но все равно не хочу, чтобы подруга ее видела.

Прячусь, как школьница от суровой мамки, ей-богу. Я брошу, честно, брошу. Нужно пережить всего пару дней, когда окончательно отпустит, и я снова встану на путь ЗОЖ. Аминь.

Квартира встречает меня приглушенными голосами из-за запертой двери и смехом соседки. На двери ее комнаты висит яркий треугольник. Салатовый вырвиглаз носок. Не трусы в горошек – уже хорошо, на это добро под окнами я налюбовалась с лихвой.