Веселая служанка

Потому что Лиз – не банкир и не поставщик. Она – обычный человек. Его бывшая жена. Только сейчас он понял смысл слов, которые сказала ему Ава. Он не умеет разговаривать с обычными людьми. Поэтому у него и нет личной жизни.

Но ему необходимо было поговорить с ней!

– Ты не могла бы уделить мне десять минут?

– Для чего?

Он улыбнулся так чарующе, как только мог:

– Десять минут, Лиз. Это все, о чем я прошу.

Лиз вздохнула и обернулась к женщине у себя за спиной. Та сказала:

– Вы можете пойти в патио.

– Это не твой дом? – удивился Кейн.

– Нет.

От смущения он зажмурился, потом повернулся к рыжеволосой женщине:

– Извините меня, миссис…

Та опять пожала плечами:

– Просто Аманда. Ничего. Все в порядке. Это и не мой дом на самом-то деле.

– Тогда чей же?

Лиз жестом пригласила его пройти за ней в холл и дальше, на кухню.

– Я объясню тебе в патио.

Голубоглазая девчушка побежала за ними к двери во внутренний дворик. Но Лиз остановила ее и опустилась на корточки рядом с ней:

– Джой, а ты побудь с мамой.

Девочка жалобно хныкнула и кивнула.

Лиз улыбнулась ей, крепко обняла, потом встала. Что-то странное закипало у Кейна в груди, что-то, о чем он никогда не думал, когда они были женаты… Лиз могла бы быть очень хорошей матерью. Он знал, что она хотела иметь детей, но после гибели его брата они никогда не говорили о детях. Может быть, поэтому она и ушла? А если да, если для нее важнее всего было иметь ребенка, как он вернет ей этот долг?

Лиз, не глядя на него, бросила:

– Сюда.

Они вышли в маленький, мощенный брусчаткой внутренний дворик. Бассейна здесь не было. Только столик и пара стульев под зонтиком и газовый гриль.

Она села за стол. Он последовал ее примеру.

– Так чей это все-таки дом?

– Он принадлежит благотворительной организации «Истинный друг». – Она понизила голос до шепота и наклонилась к нему, чтобы он мог ее слышать: – Кейн, я не могу тебе многое сказать. Это благотворительная организация, которая помогает женщинам, вынужденным начинать все сначала.

Кейн сразу понял суть дела:

– Они – жертвы жестокого обращения?

– Да. Только мы стараемся не говорить об этом, когда наши клиентки могут нас слышать. Мы стараемся убедить их, что они – такие же полноправные члены общества, как все, а вовсе не отщепенки, которые без благотворительности просто погибнут. Мы хотим, чтобы они видели в нас друзей, а не попечителей.