Неуправляемая наложница

– Расслабься, – рассмеялась коллега, делавшая ей макияж, заметив ее волнение. – Все будет хорошо. Когда лыжный сезон кончается, я этим зарабатываю себе на жизнь. – С этими словами она несколько раз мазнула по щекам девушки кисточкой, оставив на них ярко-красные, коричневые и белые полосы. Теперь Люси была похожа на плохо раскрашенную куклу. Ох, она не должна была позволить всему этому зайти так далеко.

Покорившись судьбе, Люси закрыла глаза, поэтому конечный результат поразил ее. Она представить себе не могла, насколько косметика может изменить ее лицо – ее кожа будто светилась изнутри, подведенные глаза засияли, а тщательно накрашенные губы, казалось, ждали поцелуя, красиво уложенные волосы волнами спускались почти до талии.

Она едва узнавала себя в этой красивой и яркой женщине. Вряд ли Мак узнал бы ее сейчас.

– Я и не думала… – пробормотала Люси.

– На это сейчас нет времени, – торопила ее коллега, подталкивая застывшую перед зеркалом девушку к выходу. – Но ты выглядишь потрясающе, не сомневайся.

– Потрясающе глупо? – на всякий случай решила уточнить Люси.

– Нет! – хором вскричали коллеги. – Будь уверенней в себе, недавно ты выиграла звание лучшего сотрудника года, и здесь ты тоже победишь.

– К сожалению, нет, я плохо пою.

– О, Люси, это же караоке, – рассмеялись стоящие вокруг девушки. – Тебе не нужно быть оперной певицей, просто веселись и получай удовольствие!

– А если у тебя ничего не получится, мы просто притворимся, что незнакомы с тобой, – шутливо пригрозила ей одна из коллег.

 – Иди, тебя уже ждут на сцене.

– Ой, мне как-то нехорошо. И слов я не помню.

– Тебе не нужно помнить слова, это караоке, хватит отговорок, – хором ответили ей девушки.

– А если мне будет плохо видно экран?

– Мы будем тебе подпевать.

– А если мне будет вас не слышно?

– Мы будем подпевать очень громко, – клятвенно пообещали бесчувственные коллеги, не давая Люси и шанса к отступлению.

Конферансье уже ждал на сцене, чтобы представить зрителям очередную конкурсантку.

Группа поддержки осталась внизу, и Люси на негнущихся ногах подошла к микрофону. Оглядевшись, она поняла, что из-за слепящего света софитов действительно не видит, что написано на экране. Люси почувствовала, как к ее щекам приливает кровь, а руки начинают дрожать. Она оглянулась на своих коллег, стоящих у края сцены.

– Есть лишь один плюс.

– Какой? – заинтересовались те.

– Я не увижу, с какими лицами на меня смотрят зрители, я сняла контактные линзы.