Для любви нет преград

Используя каждую копейку своих сбережений, небольшое завещание, доставшееся ей от матери, и неоценимую помощь армии добровольцев, Джесс смогла составить план спасения. Она стала рассылать десятки приглашений в надежде привлечь внимание известных игроков в поло. До того как ее мать умерла, Джим Слейтхоум был тренером и заводчиком пони мирового класса. Убитый горем, он закрылся ото всего мира.

Джесс вспомнила, как сияние богатства и успеха братьев Акоста почти ослепило ее, когда они десять лет назад приехали на ферму, чтобы купить лошадей.

Оказавшись наедине с Данте Акостой в конюшне, она внезапно бросилась ему на шею и поцеловала в губы. Он отступил, вздохнув.

Джесс напряглась, когда дверь вертолета распахнулась.

– Джесс…

– Да?

За ее спиной стоял один из деревенских помощников.

– Ты нужна своему отцу в доме. Я думаю, он нервничает из-за своей приветственной речи.

– Не волнуйтесь. Я сейчас приду и порепетирую с ним.

Хорошо, что этот парень отвлек ее внимание от вертолета.

Десять лет – большой срок. Сегодня Джесс была высококвалифицированным физиотерапевтом с успешной карьерой, специализирующимся на лечении спортсменов. И вскоре наверняка столкнулась бы лицом к лицу с Данте Акостой. Ведь из-за ее недавнего успеха в восстановлении спортивной команды семья Акоста выбрала Джесс для лечения поврежденной ноги Данте. А это означало, что ей предстоит поездка в Испанию, в сказочное ранчо Данте.

Но сейчас она не хотела об этом думать.

Данте всегда был в поиске новых животных с лучшими родословными.

Помимо игры в поло, разведение пони было его страстью и единственной причиной, благодаря которой он смог выйти из депрессии. Данте постоянно получал сведения от своей команды о любых конкурентах, а также о возможных недостатках потенциальной покупки. На данный момент его интересовала только покупка акций.

Неловко оступившись, он выругался и остановился.

Оглядев прилавки с едой, Данте признал, что кто-то хорошо подготовился к приему гостей.

Он не ожидал такого количества людей. То, что великий Эль Лобо, или Волк, как Данте был известен в кругах любителей поло, представал перед сообществом, опираясь на трость, было для него настоящим унижением.

Данте еще раз пробормотал сквозь зубы какое-то проклятие. В наши дни все были папарацци. Его могли сфотографировать с тростью у него дома в Испании точно так же, как и здесь.

Данте приподнял подбородок при звуке ржания молодого жеребца.