Снова в его постели

К чему воскрешать прошлое?

В конце концов он все же решил, что отвергать ее кандидатуру, основываясь на прошлом, не совсем правильно. Но он сведет общение с ней к минимуму. Карина избегала его много лет, поэтому Данте был уверен, что она захочет того же. Однако, оказавшись в одной с ней комнате, он был вынужден пересмотреть свое решение. В том, что она по-прежнему действовала на него, сомневаться не приходилось.

– Данте…

Ее голос был негромким и вежливым, но в глазах не было даже намека на теплоту. Какая там теплота! Данте чувствовал ее тщательно скрываемую враждебность.

Неужели он обязан этим одной-единственной ночи, которая осталась в далеком прошлом? Похоже, что да. Тогда Карина хотела получить больше, чем он мог ей дать. Он выкинул ее из постели ради нее же самой.

Ее глаза погасли. Где та Карина, которую он знал? Где та девчонка-сорванец?

– Хорошо выглядишь, – начал Данте, прощупывая почву.

– Думаешь?

Ее вызывающий тон отозвался тягучей болью в его паху. Похоже, что-то еще осталось от прежней Карины.

Она всегда была хорошей актрисой. Должно быть, он нанес серьезный удар по ее гордости. А всего лишь затем, чтобы уберечь ее. Но цена оказалась слишком высока, и их дружба умерла.

– Ты тоже хорошо выглядишь, – не дожидаясь ответа, продолжила Карина.

– Благодарю.

Покончив с обменом любезностями, Данте снова бросил на нее оценивающий взгляд. Она расцвела, стала женщиной, которая привлекает к себе внимание. Ее черные густые волосы блестели. Карина стала зачесывать их назад.

Когда бы он ни выхватывал ее взглядом на матче по поло, ее волосы были стянуты на затылке. Когда-то они непокорными прядями лежали на ее спине… Они оба изменились. Стали совершенно другими людьми. Это была уже не та девушка, от которой он поклялся держаться на расстоянии. Новая Карина сама его к себе не подпустит.

– Не хочешь что-нибудь выпить? – вежливо спросила она.

«Яд», – сказали ее глаза.

– Воды, пожалуйста.

Когда Карина протянула ему стакан с водой, их пальцы соприкоснулись, и на ее щеках проступил предательский румянец.

Она могла притворяться до посинения, однако ощущала связь между ними так же, как и он.

В Данте проснулся охотничий инстинкт. Карина это почувствовала и бросила на него предостерегающий взгляд. Она не простила его за то, что он изгнал ее из постели. Данте не мог ее за это винить, поскольку не потрудился объяснить свой поступок. Если бы она осталась, они сломали бы друг другу жизни.