Лето больших надежд

Мама получает слишком большое удовольствие, мороча людям голову. Готова спорить, что она бы заимела десяток таких, как я, если бы могла.

Годы взросления у Оливии ушли на то, чтобы снизить вес, который делал ее мишенью для насмешек, и получить одобрение своей матери. Забавно, но неудивительно, все, что потребовалось для этого, – потерять сорок или шестьдесят фунтов. Когда тонкая, шикарная Оливия вылезла из кокона своего пристрастия к еде, Памела получила возможность удовлетворить целую серию амбиций, связанных с ее единственной дочерью.

Памелу никогда не занимал вопрос, почему Оливия успешно сбросила вес, когда покинула дом и отправилась в колледж.

– Я хотел бы, чтобы вас был десяток, – громко заявил Эрл, чокаясь с ней стаканом. – Ты очаровательна, и все равно с Рэндом Уитни это бы не сработало.

– И все равно Памела обрадовалась бы, если бы Оливия вышла замуж за Уитни, – задумался ее отец.

– Ерунда. Она так занята благотворительностью и всякими открытиями галерей, что мы ее и не видим.

– Не могу поверить вам, ребята. Если вы так убеждены, что я была бы несчастна с Рэндом, почему вы не сказали мне этого месяц назад?

– Разве ты стала бы слушать? – Ее отец поднял бровь.

– Ты шутишь? Он Рэнд Уитни. Он выглядит как Брэд Питт.

– Что должно было бы стать для тебя первым предостережением, – подчеркнул Эрл. – Никогда не доверяй мужчине, который делает инъекции коллагена.

– Он и не делал. – Оливия знала, что это было только один раз, для журнала «Ярмарка тщеславия».

Из-за этих журналов она стала еще большей его фанаткой, она приходила в восторг от этого роскошного блондина, его очарования, достигаемого без труда, его упорства, его убежденности, что он работает ради того, чтобы жить как и все остальные.

В статье Оливию покорило одно предложение: «Рэнд Уитни защищает свою частную жизнь. Когда его спросили о романтических отношениях, он сказал только: „Я встретил кое-кого особенного.

Она замечательная, и это все, что я могу вам сказать“».

Была только одна проблема. Дюжина других женщин также думали, что это заявление сделано о них. Когда статья вышла, Оливия и Рэнд посмеялись над ней, и она была тронута гордостью, которая осветила его лицо. У него были свои проблемы и чувство неуверенности, как и у каждого на свете.

И теперь он получил свою свободу.

Она смирилась с тем, что проведет этот вечер с отцом и Эрлом.