Книжный магазин «Бюро находок»

Он знал, что слов недостаточно, но только с их помощью он мог отдать дань уважения своей первой и единственной дочери.

– Я абсолютно уверен, что не смогу никогда засмеяться, не услышав ее смеха. Я никогда не улыбнусь, не увидев ее лучезарную улыбку. Я благодарен всем вам за то, что были частью ее блестящей жизни. Мне жаль тех, кто не успел познакомиться с этим исключительным человеком.

Удушливая печаль сжала его грудь, и он сделал паузу, потом заговорил опять.

– Через секунду вы услышите другого исключительного человека.

Из всех подарков, которые моя дочь преподнесла этому миру, самым лучшим стала ее дочь Натали.

Эндрю держал себя в руках, отступая назад, несмотря на то, что его колени дрожали. Когда заиграла новая песня, Натали проводила его до кресла, и он с достоинством опустился на свое место.

– Я следующая, – сказала она, – понятия не имею, как это сделать.

Слезы безудержно текли по ее щекам, оставляя серебристые следы, покрывавшие болезненно-прекрасное лицо. Лицо Блайз. Они так похожи, наверное, поэтому он путал их иногда.

Он крепко сжал трость, когда заиграла «What a Wonderful World». На самом деле, ему не нужна была трость, это, скорее, вошло в привычку. Это был крючок, который не давал ему уплыть навсегда на волнах невыразимой печали.

Ожидая своей речи, Натали не пела вместе со всеми. Вместо этого она путешествовала во времени, пытаясь найти свою мать в другом мире, пытаясь вернуть ее назад.

Когда Натали была маленькой, мама стала для нее центром вселенной. Она стала безудержной силой, наполняющей ее жизнь идеями и книгами.

Даже в очень раннем возрасте Натали понимала, что это необычно. Их семья необычная.

Она помнила момент в четвертом классе, когда после урока у миссис Блессинг, она вернулась домой в недоумении.

– Мы делали в школе семейное древо, – поделилась она с матерью, – мое мне кажется странным.

– Почему ты считаешь его странным? – когда разговор касался чувств, мама часто отвечала Натали вопросом на вопрос. Она перечитала тонны книг для родителей и почерпнула из них всевозможные идеи.

– Кайла говорит, что мы живем не так, как все. Она рассказала всем на перемене, что это означает, что мы чудики.

– Ты говоришь так, словно это что-то плохое, – ответила мама, поглаживая страницы старинной книги. Она любила выставлять самые необычные коллекционные экземпляры в освещенной стеклянной витрине. Люди, которые хотели взглянуть на них поближе, должны были спросить разрешения и надеть белые перчатки.