Книжный магазин «Бюро находок»

На прошлой неделе Натали не решалась войти в комнату матери. Она держала дверь закрытой из страха, что, если ее открыть, это вызовет бурю эмоций. Сегодня вечером ей не хотелось находиться в беспорядке своей старой комнаты. Теперь она, как Златовласка, выбирала, где ей лечь. Бывшая комната деда была завалена пластиковыми больничными ящиками и канцелярскими папками. В рамке на стене висело фото Мэй Лин.

Она вошла в мамину комнату, и у нее перехватило дыхание.

Это пространство было миром ее матери. Мгновение во времени.

Прерванная жизнь. Комната ждала, что ее хозяйка вернется, наденет свою ночную рубашку и тапочки, уютно устроится с кроссвордом или романом. Присутствие мамы ощущалось во всем, от семейных фото на стене до фарфорового блюда и разномастных сережек на комоде. Она всегда теряла серьги.

Ее ночная рубашка висела на крючке за дверью. Любимая газета «Экзаминер Сан-Франциско» лежала на тумбочке, раскрытая на кроссворде, который был разгадан только наполовину.

Разгадывание кроссвордов и чтение были обязательным ритуалом перед сном.

Когда она была маленькой, мама разрешала помогать ей. Натали тут же увидела: 23 по горизонтали: «птица – падальщик», четыре буквы, оканчивается на с – ибис. И 39 по вертикали: «грациозный», три пропущенные буквы, затем – щный. Изящный. Она по инерции заполнила их.

Небольшая стопка книг и очки для чтения лежали на привычном месте, на тумбочке. Натали взяла верхнюю книгу. «Игры света». Сигнальный экземпляр издательства – не для продажи. Мама любила предварительно ознакомиться с текстом, ей привозили книги представители издательств, чтобы узнать ее мнение.

На титульном листе стояла подпись автора, он благодарил Блайз за то, что она связывает писателей и читателей.

Натали открыла на заложенной странице. Дрожь пробежала по всему телу. Неужели это последнее, что читала мама?

Она прочла: «Первый, кто проходит сквозь стены, получает раны», – сказал Финн. Ладно, но кто такой Финн и что он знает о стенах? На несколько блаженных минут она погрузилась в чтение и получила удовольствие от хорошей истории.

Неожиданно накатила волна грусти. Мама никогда не закончит читать ни эту замечательную книгу, ни те, что лежат в стопках и ждут, когда их откроют. Натали отложила томик в сторону из-за нахлынувших грусти и ностальгии. Была ли мама действительно так счастлива, как Натали убеждала Дина? Была ли Натали частью этого счастья?

Ей снова захотелось плакать, но она устала от постоянных слез.