А потом я проснусь

 – С ним ты, что ли, полночи шоркалась?

15

– А ты чего это… – от волнения и неожиданности я проглатываю слово «приперся» и, плотнее прижав полотенце к груди, таращусь на Алана.

– Ничего такой матросик, – комментирует баба Лида и следом шикает на крутящегося возле ее ног Тотошку. – А ну пшол отсюда, порося блохастая! Гостей хозяйке распугаешь.

Следом доходит очередь и до меня:

– А ты чего застыла? Либо накинь чего-нибудь поприличнее, либо иди человека встречай.

– Извините, что без предупреждения, – спохватывается Сноб, которого видно тоже застала врасплох открывшаяся картина.

 – Ярослава вчера свой телефон забыла… – Запнувшись, он вопросительно смотрит на меня и лезет в карман. – Решил вернуть.

– Ты глянь, какой любезный. Хватит домой мух пускать. Заходи.

Сноб выглядит растерянным, но после короткой заминки проходит в прихожую и застывает возле обувницы.

– Мою чуйку не проведешь, – скрипит баба Лида, проходя мимо меня. – Так и знала, что ты хахалем обзавелась.

Опомнившись, я начинаю стремительно краснеть.

Причины тому две: она назвала Алана моим хахалем, а из одежды на мне – зеленое полотенце в горошек. Чем не повод?

– Ты его у меня на столе оставила, – негромко поясняет Сноб, когда мы остаемся в прихожей одни. – Адрес у меня был, так что я решил привезти.

Секунду поразглядывав протянутый мобильный, я делаю осторожный шажок и дергаю его к себе. Второй рукой продолжаю придерживать полотенце – если не дай бог свалится, я себе этого никогда не прощу.

Первым делом пытаюсь разблокировать экран, чтобы проверить, все ли на месте, но остается черным.

– Сел, – сообщает Сноб. – Там тебе подруга раз сто звонила.

– Спасибо, – буркаю я и наконец решаюсь встретиться с ним взглядом.

Ой, ну что за отличник? Стоит тут гладко выбритый и по-модному одетый, пока я, даже не почистив зубы, прикрываюсь детским полотенцем. Судя по спортивной сумке, собрался на тренировку. В субботу с утра. Дважды отличник.

– Нормально вчера добралась?

От его вежливого тона и внимательного взгляда мне окончательно становится неловко.

А когда мне неловко, я делаю то, что у меня получается лучше всего: язвлю и огрызаюсь.

– Ты имеешь в виду то, как я добралась, после того как ты чуть меня не изнасиловал, а потом выгнал?

Сноб дергает челюстью. То-то же. А то приехал весь такой невозмутимый.

– Я никого не собирался насиловать. И я тебя не выгонял, а вызвал такси после того, как ты в очередной раз стала мне хамить.