Враг един. Книга первая. Слуга отречения

Не успела фигура эта вновь коснуться земли, как сверху на неё рухнула вторая тень, бордово-медная, почти сразу же исчезнувшая в ряби перевоплощения.

– Ну что, как мы себя чувствуем? – получеловек-полуптица с перепачканным кровью хищным клювом и распоротой правой щекой устроился на своём противнике верхом, с видимым наслаждением запуская длинные стальные пальцы-когти тому глубоко в брюшину. Вельз пронзительно заскулил, судорожно колотя перепончатыми крыльями по земле. – Ну-ну, хватит хныкать. Забыл, что можешь регенерировать, да? М-м? И совсем-совсем некому тебе напомнить, так, бедняжка? А ты при этом ещё надеешься справиться хоть с одним ни-шуур?

Тим невольно опустил голову.

Не то чтобы он как-то особенно симпатизировал Вельзу, но от вида того, как тот сейчас, глухо подвывая, корчится на земле, словно раздавленная лягушка, и как поднимающийся Вильф с тускло светящимися рубинами глаз длинным острым языком медленно слизывает кровь с когтей, прежде чем скрестить на груди жилистые лапы и отпустить наконец зверя, мальчишке делалось не по себе.

– Спасибо за зрелище, тэнгу, – одобрительно произнёс Сегун, и рыжеголовый, собирающий волосы на затылке в хвост, довольно заулыбался. – Ну же, хватит валяться, Вельз, не позорь меня. Настоящий воин не должен испытывать жалости не только к другим, но и к самому себе, – наставительно завершил он.

И донья Милис кивнула, соглашаясь.

Глава 6

Гайд-парк в восемь утра был немноголюден – большинство жителей Сиднея, видимо, либо всё ещё сладко спали, либо, что вероятнее, уже разъехались по своим офисным небоскрёбам.

В прохладном сыром воздухе чувствовался тонкий запах незнакомых тропических цветов и – совсем немного – океанской соли. На соседней поляне какая-то девушка в купальнике, расстелив под собой ядовито-розовый полосатый пластиковый коврик, занималась йогой. Ещё две женщины в длинных шёлковых платьях и нарядных, расшитых цветастыми

узорами мусульманских платках сидели на скамейке в тени большого древовидного папоротника и с аппетитом ели деревянными вилками из одной огромной пластиковой миски какой-то салат, усыпанный крупными розовыми осьминожками.

Верена миновала их и пошла дальше, в густые заросли буйной пышной зелени с редкими проблесками солнечного света. Ей навстречу, сосредоточенно глядя перед собой, прошагал мускулистый, сплошь покрытый разноцветными татуировками парень, волокущий на себе тяжёлую доску для серфинга в блестящей картонной упаковке.