Враг един. Книга вторая. Чёртов плод

Липкий холодок безотчётного страха привычно потёк по позвоночнику, и мужчина отчётливо различил шумное биение собственного сердца, болезненно отдающееся в висках.

Он никогда не мог этому сопротивляться.

Он просто не знал, как…

Твёрдые, словно отлитые из медицинской стали пальцы сжали ему подбородок:

– Ты хорошо знаешь, что бывает за неповиновение… Или, может быть, тебе стоит напомнить?

Покровитель говорил негромко и спокойно; он никогда, ни единого разу ещё не повышал на Яна голос.

Мужчина сглотнул всухую, не в состоянии больше выдавить из себя ни слова. Он не хотел этого, не хотел, не хотел… К горлу подкатил ком, в груди что-то судорожно сжалось. Жёлтые пластиковые настенные часы над головой тикали, казалось, оглушительно громко. Слышно было, как журчит вода, бегущая по трубам отопления. За стеной в шахте приглушённо прогрохотал лифт.

– Я не слышу ответа.

Безжалостная хватка не разжималась. Отпечатки чужих пальцев жгучими пятнами проступали на скулах, острая сосущая пустота скручивала желудок.

«Бессмысленно, – подумал Ян с отчаянием. – Всё это бессмысленно».

Любая попытка воспротивиться не стоит ничего. Чего он добьётся этим своим жалким бунтом?

– Я всё понял, покровитель, – еле слышно проговорил Ян, опуская взгляд.

Он успел увидеть, как беловолосый, повернувшись к нему спиной, снял с пыльной деревянной книжной полки, под которой на старом полосатом половичке грудой валялись растрёпанные журналы, плюшевую фигурку большеголового волчонка с большой буквой «S» на красной футболке – любимый талисман Агнешки, которая почему-то всегда была сама не своя до всех этих дурацких американских мультиков про супергероев.

Блондин задумчиво повертел игрушку в руках, что-то тихо сказал и протянул её медноволосому, и тот почему-то громко фыркнул, широко ухмыляясь и подхватывая фигурку двумя пальцами.

«Не трогайте, – хотелось крикнуть Яну. – Не смейте…»

Он не решался открыть рта.

Рыжий перехватил его взгляд и неожиданно рассмеялся:

– Что, сентиментальные воспоминания, да, смертный? Наверное, какая-нибудь трогательная история, м-м? Мне прямо так и хочется взять этого малыша в заложники, когда ты так на него смотришь…

Он снова поднёс игрушку к лицу, с интересом её разглядывая, и Ян почувствовал, как, отзываясь на собственное бессилие, мучительно приливает кровь к его щекам.