Аллетриния

Думаю, в ближайшее время пока ничего не произойдет. А вот чайку с дальней дороги попить, да обговорить чего, мы вполне успеем.

Лаврентий направился на кухню, перед ним вприпрыжку, воспринимая все за игру, Ксюша и Сеня. Далее шла Аня и последним, бубнив себе под нос что-то типа «на счет чего тут обговаривать» плелся Иван.

Аня, как истинная хозяюшка поставила кипятиться чайник, а сама стала расставлять чашки-блюдца и доставать к чаю всякие вкусности.

Все как завороженные молчали и следили за действиями девочки.

– Деда Лаврентий, не томите, рассказывайте, раз есть о чем.

– Ой ты, какой прыткий, мил человек. Сдержанности тебе не мешало бы научиться. Ну, ничего это поправимо, и скромностью овладеешь и выдержкой. Но сначала чайку выпью, тогда и расскажу, – при этом он сделал знак глазами, мол, прежде чем заводить разговор на серьезную тему, сначала надо чем-либо увлечь маленьких, чтобы они за столом уши не грели.

– Да чай, прежде всего, – согласился мальчик, однако, с некой опаской. Интересно, каким это образом он овладеет новыми качествами, такими как выдержка, скромность и кто его знает, чем еще.

Попили чаю.

– Ксюшенька, Арсений, а не выйти ли вам во двор, погулять, милы мои? Погодка, вон какая хорошая стоит. А придете, я вам сказочку новую скажу.

– Нас папа с мамой одних не пускает, только с няней.

– Ну, во-первых няни сейчас с вами нет, а во-вторых, Арсений, я давно тебя не видел. Ты совсем взрослый стал, за Ксюшенькой приглядишь. Да и двор здесь у нас тихий.

– А можно Ваня с нами пойдет? – пропищала Ксеня.

– Нет, солнышко мое. Пока вы в прятки играли, да прятались, Ваня погром учинил. К приходу ваших родителей надо все разобрать. Ух и пылища поднимется. Надышитесь, носикам вашим дышать нечем будет. Идите милы мои.

– А… – начал, было, Сеня.

– А Анечка помогать нам будет. Она же будущая хозяйка.

– Я тоже будущая хозяйка, – заявила Ксюша.

– Конечно, солнышко мое, только ты пока маленькая хозяюшка, рановато тебе. Идите, милы мои, идите. А я в окошко за вами смотреть буду.

Больше дети не спорили. Они припустили в спаленки переодеваться, а буквально спустя пять-десять минут бегали во дворе.

Прошлое

Лаврентий даже с места не поднялся, чтобы в окошко за внуками наблюдать.