Невозможная реальность

И, чтобы мир был полон с Норбертой, одна из них была инфантильна, радовалась мелочам, мечтала о детях, о полном дворе играющей ребятни, о выпекании огромного количества кондитерских изделий, о дарении с бескрайной добротой кусков торта, завернутых в салфетки, даже незнакомым людям, случайно заглянувшим через забор в ее двор.

Однако преобладающая Норберта – та, что чаще всего председательствовала в ее голове – насколько это возможно заставляла других подавлять свои изъявления. Норберта никому не позволяла узнать, что она может играть на нескольких инструментах, так как это было неслыханным явлением среди нормальных людей.

Когда в ресторане ей давали неправильный счет, она наступала на ногу точной Норберте, чтобы не открывала рот, и прикидывалась дурочкой, так как неприлично женщине считать в уме, как калькулятору, когда ее кавалер не может.

Иногда соседи слышали через дверь, как она поет детские песни, но снаружи она была серьезной дамой, сдержанной и с модерированным поведением.

Норберты в Норберте считали, что это чистая карма иметь несколько «я». Они даже объясняли, что все начинается с ее имени – Норберта, Не-Роберта… как ее родители две личности успели заложить в одно тело еще при рождении? И Роберта есть, а и не она, но неизвестно, какая та другая…

Итак, у Норберты было несколько сущностей, которые не мешали ни друг другу, ни окружающим. Фактически окружающие даже поздно узнали о «многосущностности» Норберты.

Это произошло в очень тривиальном порядке, что и стало причиной написания многих книг и создания множества фильмов. Ноберта влюблялась несколько раз, примерно в одно и то же время. Плохо было после.

Одна из ее «я» тянула свое тело выходить гулять с поэтом – возвышенной душой, а она ему была музой. Другая ее сущность имела очень серьезные отношения с одним архитектором, который восхищался ее математическими умениями. Глуповато-добродушное «я» связалось с одним поваром из итальянского ресторана, который видел в ней идеальную татта, которая наполнит дом многочисленными Аngelo e Maria а кухню – ароматами спагетти карбонара.

А рассуждающая философка… Ее обожателем был теолог, с которым она часто спорила о том, что движет мир – духовное или материальное начало, но чаще всего спор заканчивался переходом в Небытие с ароматом помятых простыней и сигареты после изнурительного секса.