Обряд

Визжать, кричать, устраивать потасовки…

Где они? Неужели на семнадцать домов ни одного ребенка?

Натурально вымирающее место…

И все чаще и чаще казалось, что и люди в ней неживые, и она Тоня тоже скоро станет такой…

В райцентр добирались на грузовике, который по ходу был единственным транспортом в деревне. Демид молча смотрел перед собой, и Тоне вдруг показалось, стоит поднапрячься, и сможет услышать мысли мужа.

Разговаривать не хотелось, да и если честно, она всеми силами пыталась запомнить дорогу, но очень скоро поняла; затея глупа.

Райцентр был похож на обыкновенный райцентр. Здесь досужие запахи не преследовали, и уже подумалось, что все это бред ее разыгравшейся фантазии. А увидев бегущую мимо ребятню, Тоня и вовсе было расслабилась, но заметив тяжелый взгляд мужа, быстро пришла в себя.

Теперь осталось придумать, как же незаметно заскочить на телеграф. Благо все рядом и универмаг, и магазинчики и даже столовая.

Но тут Демид сам пришел ей на выручку. Вручив деньги, сказал, чтобы купила все, что надо, а он пока подождет в забегаловке, что стояла прямо у входа в универмаг.

– Сколько у меня времени, – робко поинтересовалась Тоня. – Я вещи очень долго выбираю, – добавила она.

– Там выбор-то не велик, – усмехнувшись, муж легонько сжал ее руку. – Но я подожду сколько надо, поняла?

Вот сейчас через столько лет ей вдруг показалось; вот этим пожатием он будто сказать что хотел…

Но это сейчас, а тогда, спрятавшись за круглой колонной, она замерла, подбирая момент, чтобы незаметно перебежать через улицу.

Удивительно, но оказывается, она до сих пор помнит тот холод, что шел от колонны, декорированной мелкой темно-синей, голубой и белой мозаичной плиткой. Похоже, даже рисунок какой-то изображен был…

Дождавшись, когда Демид встал в небольшую очередь и отвлекся на витрину с закусками, Тоня рванула к старому одноэтажному зданию из красного кирпича.

– Можно в Волгоград позвонить? – подбежав к свободному окошку, выпалила она. – И еще телеграмму отбить?

– Все можно, – мило улыбнулась ей светлоглазая худенькая женщина в цветастой косынке.

Заполняя бланки, Тоня все бросала взгляды на эту веселенькую косынку. Странно, но эти белые ромашки на зеленом поле вселили в нее уверенность и надежду.

Надежду, что дома кто-то да будет.