Африканские страсти (сборник)

В ней уживались, по моим понятиям, совершенно несовместимые вещи: она была холодна и высокомерна, но одновременно непосредственна и ужасно наивна. У нее была способность удивляться и радоваться буквально всему. Ей, кстати, сулили большое будущее… Да, у Горецкой было много романов. Каждый раз она влюблялась на всю жизнь, но через месяц, а то и раньше она об этом забывала, и все начиналось сначала. Очень серьезно у нее было только с Антоном Неводовым. Слышали, может быть? Он пишет стихи.

Лариса кивнула.

«Да, не только слышала, но и видела, совсем недавно и в очень интересной ситуации», – с ехидцей подумала она.

Рыбакова тем временем продолжала:

– Дело даже шло к свадьбе. Но… как это обычно бывает, что-то там не сложилось. Весь курс за них переживал. Очень красивая пара была. Да они, кажется, из Тарасова оба и перевелись.

– Да, это так. И никто не знает, почему у них все распалось?

Рыбакова посмотрела на Ларису слегка насмешливым взглядом, словно решая, стоит ли продолжать говорить или нет.

Наконец природная женская болтливость взяла свое:

– В общаге Настя познакомилась с каким-то там конголезцем или бенинцем, точно я не знаю, из университета Патриса Лумумбы, – в интонациях Рыбаковой промелькнули осуждающие нотки. – Она почему-то мало мне об этом говорила. И у них даже было что-то вроде романа. Правда, я этому не очень верила.

– А куда делся потом этот негр? И, кстати, как его звали?

– По-моему, Дени. Но точно я не помню… У него еще здесь была жена, ее звали Констанция, прямо как в «Трех мушкетерах».

Настя, как только узнала об этом, с ним рассталась. Потом его жена родила, и он уехал вместе с ней на свою историческую родину.

– А Неводов?

– С Неводовым так и не получилось ничего, – со вздохом повторила Рыбакова. – И Горецкая возвратилась в свой родной Тарасов. Правда, сначала она съездила туда с этим самым африканцем.

– Как это? – удивилась Лариса.

– А так… Было лето, и они поехали на машине знакомых вместе под Тарасов в какой-то санаторий, то ли «Три дуба», то ли «Три березы».

Примерно как-то так называется – точно не помню. По-моему, именно из-за этого и произошел разрыв с Неводовым.

– Печальная история, – вздохнула совсем в тон хозяйке дома Лариса.

– Обычная, – пожала плечами Рыбакова. – Вы меня извините, – она взглянула на стоявшие на столе часы, – мне надо спешить на репетицию. Меня ждет моя «кошелка».