Акула пера

Правда, Людка все еще ворчит, но в основном все уладилось. Права я забрал, так что все в порядке. Вспоминаю ту ночь как страшный сон… Кстати, я что звоню? Ты вернула сумочку этой недотепе?

– Нет, я оставила ее себе! – язвительно заметила я. – Дурацкий вопрос! Разумеется, я ее вернула.

– Ну, слава богу! – с облегчением сказал Кружков. – А то эта позиция не давала мне покоя… Теперь можно считать, все расставлено по своим местам… Надеюсь, дамочка тебя отблагодарила?

– Как бы не так! – возразила я.

 – Она явно была уверена, что я собиралась ее обчистить. Вырвала сумочку у меня из рук и даже спасибо не сказала.

– Вот она, людская неблагодарность! – скорбно произнес Кружков. – Делай после этого добрые дела! Я, кстати, справлялся в милиции – говорят, типа, совершившего наезд нашли уже на следующий день.

– Я знаю. Только, скорее, он сам нашелся, – ответила я.

– Ну, это неважно, – беззаботно сказал Кружков. – Главное, что преступник не остался безнаказанным… А вообще, беда беду тянет.

– Ты о себе? – спросила я.

– Нет, я опять об этой, – сказал Кружков. – Как ее – Самойлова, что ли? Помнишь тот адрес, который я нашел у нее в сумочке?

– Смутно, – призналась я. – А что такое с этим адресом?

– Ну, как не помнишь? – обиделся Кружков. – Я туда еще утром мотался – без прав, между прочим! Улица Леонова, там еще некий Григорович значился – на почтовом ящике… Ну вспомнила?

– Да что ты пристал? – возмутилась я. – Зачем я буду помнить каких-то Григоровичей?

– Не каких-то, – назидательно произнес Кружков.

 – Между прочим, этот Григорович Арнольд Львович – довольно известный в городе адвокат. Удивляюсь, как я сразу не сообразил!

– Да, я слышала про такого, – подтвердила я. – Встречаться, правда, не приходилось. А что такое?

– Ограбили этого Григоровича! – захлебываясь, объявил Кружков. – Представляешь?

– Неужели? – сдержанно удивилась я. – Но, мне кажется, ты вроде говорил, будто Григорович уехал с семьей отдыхать на юг? Его на юге ограбили?

– Квартиру его ограбили! – воскликнул Кружков.

 – Ту самую – улица Леонова, дом семьдесят семь, квартира двадцать четыре. Он – на юг, а воры – в квартиру. Видишь, как оно бывает? Сначала его знакомую или родственницу – черт ее знает – сбивает машина, а потом его самого грабят! Вот я и говорю: пришла беда, отворяй ворота!

– А ты откуда об этом знаешь? – с некоторой ревностью спросила я.