Блондин – личность темная (сборник)

А позже составляющие мозаику встанут на свои места, и я смогу увидеть картинку преступления в целом.

– Ой, знаешь, девонька, – напрочь забыв, что я «из милиции», а значит, и вести себя со мной нужно официально, пылко вещала старушенция с вязаньем, – странный был этот парнишка.

– И в чем же проявлялась эта странность? – вскинула я бровь. – Что именно вам показалось необычным в его поведении?

– Дык он так все оглядывался, будто за ним стая какая гонится. Такой осторожненький! – пренебрежительно буркнула она.

 – В наше время мужики-то другие были.

Тут последовало лирическое отступление о прекрасном прошлом и отвратительном, как адская бездна, настоящем. Я мирно кивала, размышляя.

– Ой, девонька, а вместе-то эти все ни разу не ходили. Можеть, они все убивцы и есть? – выдала свеженькую версию бабка. Я же говорю, таких, как они, надо срочно брать в наше детективное агентство, и пусть отныне оно называется не «ЛМ» – расшифровка: Ларчик и Морковка, – а «ОНБ» – Очень Наблюдательные Бабуськи.

Но информация показалась любопытной. Если люди пытались не сталкиваться здесь и ходили по отдельности, возможно два логических вывода. Либо эта милая троица не была знакома и каждый был «индивидуальным другом Волощенко», либо они пытались не привлекать к себе внимания.

– А девушка у Волощенко была? – поинтересовалась я. – Или жена?

– Да кто ж их знает, жен-то? Можеть, и была. А девка… Да ходила тут одна – красивая такая, темненькая, тоненькая девчушка.

Почитай кажный день хаживала. Да и вместе они гуляли иной раз. Вот только в последние три дни не забегала – поссорились, что ли. Ну да ничего, дело молодое, горячее…

Поняв, что больше нужных сведений мне не предложат, я поблагодарила старушек и спросила напоследок:

– А кто обнаружил труп?

– Да управдомша наша Анна Викторовна, слесарь там, кажись, был, Игорь… как его там – Петрович.

Ну, спасибо этому дому, как говорится… И я, узнав, в каких квартирах проживают мои свидетели, распрощалась с бабуськами.

Войдя в темный пыльный подъезд, я поднялась пешком на седьмой этаж – лифт, естественно, не работал. Впрочем, что это я? Далеко не естественно. В таком шикарном доме все должно работать исправно. Но, видимо, и в этом доме вандалов хватает: стены подъезда были украшены слоем граффити, причем надписи варьировались от откровенной похабщины до цитат прославленных поэтов.

Но надписи на стенах меня не интересовали.