Блондин – личность темная (сборник)

Не ломать же во второй раз! Мне нужно осмотреть квартиру, а ключи я не захватила, – быстро сказала я.

– Конечно, идемте, – Анна Викторовна сразу прониклась ситуацией и решительно вышла из квартиры. Я последовала за ней.

* * *

Она не шла, ползла на работу, еле переставляя ноги. Увидев ее сейчас, никто бы не подумал, что еще неделю назад это была счастливая цветущая женщина. Даже вчера была еще привлекательной. Сегодня же лицо осунулось и побледнело, тяжелые черные волосы потускнели и жалко свисали по обе стороны лица, обрамляя впалые щеки.

Тонкие губы без помады казались почти неразличимой щелкой, а глаза под покрасневшими веками напоминали о грустном кролике в клетке.

Работа… Ей совершенно не хотелось туда идти. Трудиться секретарем в не слишком престижной фирме мало приятного. Так еще и денег платят в обрез – только на жизнь и хватает. А ей хотелось развлекаться, шикарно одеваться, пить дорогой кофе и фирменный чай. Только не могла она всего этого себе позволить – финансы ограничивали.

А теперь умерла и последняя надежда.

Она не выспалась – с вечера пыталась не плакать, ночью душили кошмары. И, поднявшись в холодном поту, она оделась, не позаботившись даже погладить костюм, и побрела на работу.

Рядом шли счастливые веселые люди, которые могли смеяться. Женщины, кокетничавшие с мужчинами. Привлекательные молодые люди. Еще неделю назад она могла окрутить кого угодно из них, взмахнув своими длиннющими ресницами. Но это было раньше. В самом деле, теперь на нее и последний бомж не посмотрит – побрезгует.

Неопрятная, ненакрашенная женщина, вяло следовавшая к месту своих трудовых свершений… Она не представляла, что может так опуститься. Но боль въедалась в ее нутро, не давая спокойно существовать. И отпускать не собиралась…

* * *

Я прошла в квартиру. Анна Викторовна осталась у порога, подчинившись моей просьбе «не следить». На покрывале кровати еще остались меловые следы, обрисовавшие очертания тела. Все было пересмотрено и раскурочено – наша бравая милиция не умеет наводить после себя порядок.

Ну что же, такая у меня нелегкая доля.

Устроив в квартире форменный обыск, я так ничего и не нашла. Господин Волощенко женат не был, а следовательно, нельзя заподозрить супружескую ревность. И это уже хорошо: разбираться с обиженными женщинами не самое приятное занятие на земле. В квартире не было следов постоянного присутствия женщины – ни вещей, ни необходимых нашему полу важных мелочей.

Обиженные женщины?..