Чушь собачья

 – Благодать!

– Да, у вас тут хорошо, – согласилась я. – Но, говорят, есть свои проблемы?

Полковник посмотрел на меня хитрющим взглядом и рассудительно заметил:

– А где ж их нет, проблем-то? В этом вся жизнь, в проблемах! Куда денешься? Разве только на кладбище проблем нет! – и он снова сдержанно хохотнул, весьма довольный своим остроумием.

Я вежливо улыбнулась.

– И все-таки у нас есть информация, что здесь имелись случаи нападения собаки на дачников. Вы ничего об этом не слышали?

Тимофей Иванович оперся на тяпку и задумчиво уставился почему-то на Виктора.

– Собаки, говорите? Это чьей же собаки? Вроде у нас и собак тут особых нет. Кто вам это сказал?

– Сказала нам гражданка Токмакова, – ответила я. – Знаете такую? А собака вроде бы принадлежит некоему Гаврилову. И собака эта уже покусала Токмакову и ее мужа. Может быть, были и другие случаи.

Отставной полковник выслушал меня очень внимательно, наморщил лоб и уставился себе под ноги. Он долго думал, жуя губами, а потом изрек:

– А что? Вполне возможно, что и были случаи! Сейчас порядку-то нигде нет.

Вы вот в газете пишете, а что толку? Все только хуже и хуже. Вот, к примеру, моя пенсия…

– Тимофей Иванович! – перебила его я. – Мы бы с удовольствием поговорили о вашей пенсии, но совершенно нет времени. Раз вы не слышали о собаке, так, может, вы подскажете, где найти дачу Токмаковых?

Лицо Боровских выразило явное неудовольствие. Полковник выпрямился, выпятив живот, и ожег меня посуровевшим взглядом.

– Не знаю таких! – отрезал он.

 – Тут вот Пахомовых дача, тут Либермана. Может, там дальше где… А я таких не слышал. Ищите!

Нам ничего не оставалось, кроме как ретироваться. Хозяин провожал нас неприязненным взглядом до самой калитки, держа тяпку наперевес, точно пограничник ружье.

– У меня такое ощущение, что со свидетелями будет туго, – заключила я, когда мы оказались на дорожке в окружении дачных заборов.

Виктор пожал плечами и кивнул куда-то в сторону. Метрах в десяти от нас на дорожке в тени пышной акации стояла невысокая женщина в панаме, просторной футболке и вытянутых на коленях трикотажных брюках.

Она с любопытством смотрела на нас, морща остроносое личико в приветливой улыбке. Не сговариваясь, мы двинулись в ее сторону и поздоровались.

– Ищете кого-нибудь? – спросила женщина приятным звонким голосом, разглядывая нас с доброжелательным любопытством. – Я слышала, вы с Тимофеем Ивановичем разговаривали…

– Разговаривали, – призналась я.