Дурной пример заразителен

Гости, не стесняясь, брали себе по порции. Некоторые даже распаковали стаканчики прямо в студии. У нас в редакции в холодильнике тоже оставалось мороженое, привезенное Бурлаевой, – коллектив редакции собирался полакомиться им после программы. Подносы с мороженым опустели практически мгновенно, и длинноногие красавицы продефилировали на выход.

– В студию поступил телефонный звонок от наших телезрителей, – сообщила я, отреагировав на знаки Галины Сергеевны.

После обыкновенной в таком случае переклички прозвучал приглушенный женский голос немного с хрипотцой.

– Татьяна Анатольевна, а расскажите немного о своей личной жизни. Вы замужем? Дети есть? – прямо спросила дозвонившаяся телезрительница. – Спасибо, до свидания.

Татьяна Анатольевна немного встрепенулась, но тут же ответила на вопрос довольно-таки коротко.

– Я не замужем. У меня есть сын. Он уже взрослый, учится в юридическом институте.

Слава богу, что дальше эту тему зрители на развивали. По реакции Бурлаевой было видно, что ей не очень приятны вопросы о личной жизни.

Если вполне успешным бизнесом Татьяна Анатольевна могла похвалиться, то в личной жизни, насколько мне было известно, у нее не все шло так гладко.

– Спасибо большое за угощение, – поблагодарила одна из зрительниц героиню. – А расскажите немного о своем свободном времени. У вас есть хобби? Чем вы увлекаетесь?

– Времени свободного очень мало, – призналась Татьяна Анатольевна. – Когда выдается свободная минутка, я провожу время на кухне.

Очень люблю готовить, особенно…

Бурлаева не смогла продолжить фразу до конца, так как в студии раздался громкий крик. Я тут же переключилась на произошедшее. В самом центре предназначенных для зрителей рядов почти мгновенно опустели места, открыв сидевшую одиноко полную женщину. Кричала, по всей видимости, она, но сейчас крик стих, и женщина сидела неподвижно, опустив вниз голову. Камеры отвернулись, чтобы не пропустить эту сцену в прямой эфир.

Я бросилась к рядам и не успела добраться до зрительницы, как она повалилась набок, словно это был не живой человек, а манекен.

Лицо женщины было искажено гримасой.

В рядах зрителей послышалось перешептывание, прерываемое голосом Бурлаевой, у которой не отключили микрофон.

«Боже, ужас-то какой. Что с ней? Она больная?»

«Умерла, наверное», – послышалось со всех сторон.

Я никак не могла поверить увиденному, но было похоже на то, что женщина на самом деле мертва.