Гнездышко мелких гадов

– Ну, сейчас я ему! – кидаясь в прихожую, прошипел Олег.

В это время там обувался Ювеналий Добрынин, собираясь к заутрене. Увидев перекошенное от ярости лицо Олега, он остановил его.

– Не нужно, не нужно насилия, – замогильным голосом заговорил он. – Сейчас я с ним сам поговорю, по-христиански. Нужно излечить душу его заблудшую.

– Какую душу? – рвался Олег. – Его только кулаком по морде можно излечить. И то ненадолго.

– Не нужно, Олег, – вышла из кухни Антонина. – Лучше не обращать внимания на этого дурака, он сейчас сам уйдет.

Неужели ты не видишь, что он нарочно нас провоцирует? Сейчас ему надоест собственная невостребованность, и он домой пойдет.

– Господи, бедная Люба! – вздохнула Маша. – Какое счастье, что она не пришла, а то ей больше всех досталось бы.

Лавриненко презрительно усмехнулась.

– Вот видите, Ювеналий… Вы говорите, что по-христиански мало кто поступает. А Люба – яркий пример милосердия. Представляете, жить с таким человеком, спать с ним в одной постели…

Ювеналий строго сдвинул брови и серьезно посмотрел на Лавриненко.

– А вы мне симпатичны, Ювеналий, – неожиданно томно сказала Антонина. – Я вам позвоню как-нибудь, поговорим на христианские темы, можно?

– Хорошо, – сухо ответил Добрынин. – Только после праздников.

– Разумеется, – согласилась Лавриненко, улыбнулась на прощание уже окончательно собравшемуся Ювеналию и пошла обратно в кухню.

Крики за окном стихли. Олег подошел к балкону и выглянул. Он увидел медленно удалявшегося Никитина, который на ходу отпивал водку, что-то продолжая говорить, но уже как бы себе под нос.

Отойдя уже на довольно приличное расстояние, он неожиданно повернулся и выкрикнул:

– Козлы!

После чего запустил опустевшей бутылкой в дом Губиных. Бутылка разбилась о металлическую решетку лоджии первого этажа. Никитин чуть-чуть подождал, словно желая, чтобы жильцы вышли и стали бы с ним разбираться, но так и не дождался. Постояв, покачиваясь, на одном месте, он наконец решительно завернул за угол дома и скрылся в темноте.

– Ну и дурак, – снова закачал головой Губин, продолжая всматриваться в темноту.

Он видел, как вышел из подъезда Ювеналий и, оглядевшись по сторонам, пошел в противоположную сторону. Олег, подождав еще немного, вернулся в комнату.

– Выпить что-нибудь осталось? – спросил он у Антонины.

Та отрицательно покачала головой. Олег выругался сквозь зубы и тут обратил внимание на Шатилова. Подошел к нему и начал трясти его за плечо.