Фуршет с трагическим финалом (сборник)

Ведь именно об этом размышлял сегодня Евгений, о том, как бы найти подход к влиятельному чиновнику, а тут судьба сама плывет в руки. Подумать только, сам Парамонов будет ему обязан. Нет, этот шанс упускать нельзя. Ларису непременно нужно убедить взяться за это дело. Только умеючи, не в лоб. Нужно, чтобы она заинтересовалась.

– Подумать нужно, – потирая лоб, проговорил Евгений. – Она занята вообще-то по горло.

– Послушай, хоть ты и убеждал меня в ее бескорыстии, я в него, честно говоря, не очень верю, – скептически нахмурил брови Парамонов.

У Котова посветлело на душе. Слову Парамонова можно было верить, это все знали. Несмотря на то что Виталий был несколько прижимист, если уж он что-либо обещал, в осуществлении этого можно было не сомневаться.

– Слушай, – Парамонов вдруг резко поднялся, – пошли-ка ко мне в номер, здесь от духоты голова скоро треснет.

– Пошли, – легко согласился Евгений.

– Само собой, – ответил Парамонов.

Они прошли к бару, запаслись крепким баночным пивом, пакетиками с крабами и оливками и направились в номер Виталия, который располагался на третьем этаже.

– Что за гостиница! – возмущался Котов, поднимаясь по лестнице. – Лифта нет, кондиционеров нет! Конечно, всего три этажа, но в такое пекло и этого много! Нет, провинции никогда не достигнуть европейского уровня.

Виталий ничего не отвечал на ворчания Котова, спокойно поднимаясь впереди него. Они прошли по коридору до нужной двери, Виталий отпер замок, пропуская Котова в свой номер. Там Парамонов включил вентилятор, и Евгений сразу же плюхнулся в кресло, направив струю прохладного воздуха в свою сторону.

– Фу-у-ух, – обмахивая себя еще и взятой с журнального столика газетой, проговорил он. – Эх, и жара! В этом году, пожалуй, все рекорды перекрыла!

– Открывай, – односложно ответил Парамонов, имея в виду пиво.

Он поставил на стол четыре банки, а остальные отнес в холодильник, потом распахнул настежь окно.

– Да-да, пивка холодненького сейчас самый раз, – подхватил Евгений.

Он быстро вскрыл две банки и с жадностью припал к одной из них. Пиво было очень холодным, у Евгения сначала даже зубы заломило.

– Ну вот, а ты гостиницу ругаешь, – заметил Парамонов, тоже взяв банку, – пиво-то вон какое охлажденное.