Фуршет с трагическим финалом (сборник)

 – Это вы могли бы обсудить и завтра на свежую голову. Я же сказала тебе – ложись спать! А ты вместо этого пошел приключений искать на свою задницу! И теперь вляпался так, что я даже не знаю, кто тебе сможет помочь!

– Лара! – Евгений с тревогой посмотрел на жену. – Но ведь ты не бросишь меня в беде? Да, теперь Парамонова нет, и о благодарности с его стороны можно забыть, но ведь ты почти всегда занималась расследованиями бескорыстно. Тебе всегда было скучно вести жизнь домохозяйки или директора ресторана. К тому же я как-никак человек не посторонний…

– Я очень часто об этом жалею! – огрызнулась Лариса и с досадой смахнула пепел с колен.

– Лара! – В голосе Котова зазвучала мольба. – Но ведь ты не хуже меня знаешь, что такое наша милиция. Ведь им все равно, кого засадить, лишь бы дело было «раскрыто», особенно когда речь идет о такой фигуре, как Парамонов! Я понимаю твои эмоции, но рассуди здраво – что будет, если меня посадят? И как бы ты ни пыталась от меня откреститься, это коснется тебя в первую очередь.

Ну что я тебе все это объясняю, ты же сама прекрасно понимаешь…

Лариса только вздохнула. Да, конечно, хотя она и ругалась на Котова, которого, видимо, только могила исправит, в голове она уже прокручивала примерные пути для расследования этого преступления. Правда, здесь пока даже непонятно – одно это преступление или несколько? Связана ли гибель Парамонова с гибелью тех двоих в зале? Она даже пока не знает толком, кто они.

Котов продолжал убеждать Ларису, ласково поглаживая ее по руке.

Голос его журчал, то поднимаясь до пафосных интонаций – «ты просто обязана это сделать, это твой долг», то опускаясь до умоляющего шепота – «Ларочка, куда же я без тебя?» Этот день можно было назвать бенефисом Евгения Котова, несостоявшегося актера. Он, невзирая на разраставшуюся головную боль, продолжал играть и «умирать» на сцене.

Лариса долгое время не отвечала, погруженная в свои мысли, затем неожиданно спросила:

– А с чего Парамонов решил, что покушались именно на него?

– А на кого же? – удивился Котов.

 – Ну, может быть, не только на него, а и на меня тоже, а тех, двоих, просто по ошибке пристрелили.

У Ларисы слегка дрогнули уголки губ, но язвить она не стала, а вместо этого спросила:

– Кстати, что представляют собой те двое?

– Да я же тебе рассказал…

– Мне их имена ни о чем не говорят, опиши подробнее – кто, что, чем занимались.

– Элис Симпсон, американка, двадцать восемь лет, приехала из Штатов, а может быть, и из Москвы.