Хочешь жить – стреляй!

В этот момент с кухни на черную лестницу выглянуло лицо женщины, видимо привлеченной криком Сарры Исааковны. Hа лице с бигуди в ярко-рыжих волосах было написано нездоровое любопытство. В руках женщины дымилась длинная сигарета.

– Hу, что еще стряслось в нашем дурдоме? – низким грудным голосом справилась она. – Раньше орали только по вечерам, теперь еще и по утрам стали! А сегодня как раз магнитная буря, нервы беречь нужно, да разве отдохнешь здесь?! Придешь с ночной смены, а тут…

Женщина остановила словесный поток, доселе свободно лившийся из ее уст, так как перевела свой взгляд на балкон, где рядом возлежали двое: неизвестный мужчина и Сарра Исааковна.

Она прижала руку ко рту и застыла на месте.

– Ой, а что это с ней? Кто это? Что здесь вообще проис..? Это она его?.. – сила голоса соседки с каждой фразой возрастала и явно грозила перейти в истерический вопль.

– Помогите оттащить старушку, ничего здесь не трогайте и покажите, где у вас ближайший телефон! – резко оборвала ее Лариса.

Рыжая несколько боязливо наклонилась к Сарре Исааковне и помогла Ларисе оттащить ее на кухню. Они усадили старуху на стул. Лариса приказала рыжеволосой дать ей кружку холодной воды и пулей лететь звонить в милицию. Как выяснилось, в одной из комнат коммунальной квартиры все же был телефон.

Пока Лариса занималась возвращением к жизни Сарры Исааковны, рыжая стала громко стучать в одну из дверей.

Hа кухню заглянула молодая девица, та самая, которая высовывалась из своей комнаты, когда пришла Лариса. Ее бледное лицо стало подобно полотну, когда она увидела полуживую Сарру Исааковну. Мгновение спустя девица спохватилась и бросилась к аптечке. Она выгребла оттуда пузырек нашатыря и присела на корточки рядом с Саррой Исааковной.

Лариса благодарно взглянула на девушку и поняла, что теперь может помочь рыжей, которая, несмотря на то, что усердно колотила в дверь, так и не смогла пока прорваться к телефону.

Лариса вышла в коридор в тот момент, когда дверь наконец отворилась и на пороге возник заспанный молодой человек с жуткой длины спутанными волосами. Из одежды на нем были только просторные семейные трусы и толстая цепь с медальоном.

– У нас там труп! Hа балконе! Лежит! – пуще прежнего завопила соседка, увидев парня.