Игра в кошки-мышки

Вот тогда-то она и решила, что покончит с этой «стервой», чего бы этого ни стоило. Курский принадлежал ей, и так оно и должно было остаться. Рита прекрасно знала о всех его мимолетных увлечениях и закрывала на них глаза, но теперь все было не так. В памяти всплыли ее школьные страхи. Она будет бороться до конца!

И Рита решила, что ее опыт сможет победить самонадеянность Даши. Как оказалось, все вышло именно так. Рита чувствовала себя победительницей. А моральная сторона дела ее не волновала.

Глава 3

Остаток дня Лариса провела в размышлениях.

Почему-то все мысли крутились вокруг Риты и не давали думать ни о чем другом. Впрочем, ничего другого особо и не было. Периодически Лариса вспоминала о Сергее и даже с радостью думала о том, что, возможно, между ними и будет небольшая интрижка.

– Но только небольшая! – улыбаясь своему отражению в зеркале, сказала она.

Заехав в ресторан, Лариса попыталась заниматься делами, но Степаныч все чаще с недоумением посматривал на нее: она распоряжалась в очередной раз по поводу того, что уже было сделано.

Но ее заместитель достаточно давно знал Котову и молча делал вид, что выполняет ее приказания. Сказывалось обещание Ларисы о двойном окладе. Иначе неугомонный и не сдержанный на язык Степаныч обязательно указал бы Ларисе на ее ошибки. Но обещанные деньги в данном случае сделали его терпимым и мудрым. Поэтому он и не проронил ни слова.

Размышления Ларисы о деле в клинике Заварского пока ни к чему определенному ее не привели. Собственно, какие-либо выводы делать было рано.

Она возлагала большие надежды на завтрашнюю встречу со Светой Косовой.

Приехав домой и не обнаружив на месте своего мужа, она не придала этому никакого значения. Это было обычным делом – если Евгений сорвался вчера, следовательно, он будет гулять и сегодня, и, возможно, целую неделю. Удивительно, как он умудряется совмещать пьянку и бизнес. Для Ларисы это была загадка.

Она неплохо выспалась в эту ночь, так и не дождавшись мужа. А утром, быстро проглотив содержимое тарелки и приведя себя в более-менее приличный вид, она быстренько спустилась вниз и, заведя свою «Вольво», отправилась в клинику.

Уже на подъезде к ней она почувствовала неладное. Сердце тревожно сжалось в нехорошем предчувствии. Она притормозила, пропуская кортеж, состоящий из двух милицейских машин и «Скорой». Особенно настораживало наличие последней машины. На «Скорой» из клиники можно было ехать только в одно место, а именно – в морг.