Из огня да в полымя

– Я знаю, что всех вас удивило, – сказал он, – сколь благосклонно отнеслось министерство к нашим похождениям в Булгакове, когда наша группа фактически провела расследование причин столкновения теплохода с железнодорожным мостом. Я не мог тогда объяснить вам, что это фактически и было наше задание… Так уж мы, старики, решили сообща. Проверить вас хотели. И проверили. Убедились. А после этого дали уже самостоятельное задание – найти маньяка-террориста раньше, чем это сделает ФСБ. Группа и с этим заданием справилась.

Не скажу, что отлично, но ваша работа оценена положительно.

Я удивленно посмотрела на Григория Абрамовича.

– Почему вы сказали «ваша работа»? Вы же командир группы!

– Потому, что я согласно нашей договоренности с Чугунковым, который курировал это задание, самоустранился… Вспомни, много ли я вам помогал? Направлял вас только туда, куда сразу устремились бы уголовка с прокуратурой. То есть подсказывал только то, что лежит на поверхности. Иногда это было настолько откровенно, что я удивлялся, как это вы меня не пошлете ко всем чертям.

Искать пересечения между пациентами районной поликлиники и учениками и коллегами профессора, который в университете работает тридцать лет! Да на это задание месяц уйдет, не меньше, при наших-то возможностях. Я ждал от вас самостоятельности и только страховал в критических ситуациях, когда в дело вмешалась ФСБ и твоя жизнь оказалась под угрозой… Но это нельзя ставить группе в минус – вы же не обладали информацией ни о намерениях, ни о возможностях, ни о методах работы ФСБ. И тем не менее почти все ситуации разрешали практически самостоятельно.

Григорий Абрамович улыбнулся и сказал:

– В общем, группа сдала экзамен, поздравляю!

Мне, однако, далеко не все было ясно, и в первую очередь – почему именно мне первой Григорий Абрамович об этом сообщает…

– Я все же не поняла, – сказала я, – почему сейчас рядом со мной нет Игоря и Александра Васильевича? Они тоже члены группы и сделали не меньше моего… А когда террориста брали, Кавээн мне просто жизнь спас.

Почему вы мне сообщаете обо всем этом столь конфиденциально, почему только мне?

– Просто я не хочу на глазах у них с тобой секретничать, – пояснил Григорий Абрамович. – Это тебе же может помешать работать с ними нормально. А секретничать придется в любом случае.

Вид у меня был столь недоумевающий, что Григорий Абрамович снова улыбнулся.