Грех на душу

Особенно это касалось, конечно, Ромки – ему хотелось, чтобы на горизонте скорее замаячила зловещая фигура преступника. Он и заговорил первым.

– Это что же выходит? – с сомнением спросил он. – Телевизор украли и тут же, отойдя на пять шагов, продали? Странно как-то…

– Заметь, мы еще не знаем, когда владелец «Страза» купил телевизор, – сказала я. – Даже если это тот самый «Сони». Не исключено, что у похитителей где-то поблизости находится штаб-квартира. Ведь они должны быстро заметать следы, не так ли?

– Но ведь этого «Страза» хотели ограбить! – напомнила Маринка.

 – Что, если это тот же самый, кто продал ему телевизор? Поглядел, как этот буржуй хорошо живет, и вернулся туда с пистолетом…

– Про пистолет пока речи не было, – неуверенно заметила я.

– Не с голыми же руками он полез, – резонно возразила Маринка.

– Могла быть имитация, – предположил Ромка.

Я подняла руку.

– Сейчас речь не об ограблении! Вернемся к телевизору.

Мы наконец-то чуть приблизились к этому вопросу, появился хоть какой-то след! Вдруг Адам Станиславович может сообщить нам что-то о человеке, у которого он купил телевизор?

– Позвольте усомниться, Ольга Юрьевна, – с сожалением сказал Кряжимский. – Судя по тому, что вы рассказали, хозяин магазина крепкий орешек. Вряд ли он будет откровенничать с посторонним человеком. Боюсь, вы не узнаете от него ни о телевизоре, ни о грабителе. Разумнее будет обратиться с этими фактами к следователю.

– Намекнуть! – непонятно сказал Виктор.

Но я сразу сообразила, что он имеет в виду – к следователю пока не обращаться, но перед хозяином «Страза» нарисовать такую перспективу. Этот вариант мне понравился – я и сама не очень-то рассчитывала на словоохотливость ювелира, но полагала, что лишние контакты с правоохранительными органами его вряд ли обрадуют. Может быть, он предпочтет иметь дело с нами. Что нас вполне устроило бы. Если информация окажется ценной, мы сможем выйти на след похитителей и без помощи милиции.

Как говорится, очередная зарубка на прикладе.

– Виктор имеет в виду небольшой обходной маневр, – пояснила я. – Завтра я встречусь с Адамом Станиславовичем и предложу ему сделку. Или он сообщает нам все, что он знает о человеке, у которого купил телевизор, или, в противном случае, ему придется объясняться со следователем. Думаю, он выберет первое.