Крошка-месть (сборник)

За что?

Это остатки его души кричали «за что», моля о пощаде. Разве не этот чертов мир заставляет нас предавать самих себя, опускаться все ниже и ниже – пока не упадешь лицом в грязь, но сначала – на колени, приняв его – мира – зловоние за зловоние собственной души, позволяя ему – миру – эту душу уничтожить…

Оч-ченно хочется кушать, вспомнилось Каллистратову. Эта улыбочка – такая омерзительная, да как же, Владик, я тебя понимаю, мерзопакость все это, да ведь кушать-то надо, хочется получше, пожирнее – чтобы не выпадать из общей кучи, которая прет напролом в надежде отхватить свой «кусок пирога».

И не важно, чем ты торгуешь, Владик, – мозгами, телом своим накачанным или сигаретами… Интеллект в нашей стране – не ходовой товар. Поэтому благослови свой торс и то, что пониже торса и еще ниже – какова, извините, у нас «попа», таков и гонорар… В ходу-то «клубнички-малинки» да девицы гнусавые, словно у них гайморит. Никому нет дела, что скрывается под твоим торсом и есть ли там вообще что-то, кроме желудка. Желудок после члена самое главное в местном бомонде.

Кажется, я просто обожрался этого дерьма, тоскливо подумал Каллистратов. Раньше у меня не было никаких рефлексий по этому поводу – только презрение, а теперь я не могу заснуть без барбитуратов. Перед сном – непременно голые бабы и какие-то жуткие сцены, в которых меня имеют во все дыры…

Главной там всегда – она. И сейчас он поморщился – так и следит, то из темного угла, то в сны забирается, словно…

– Хочет заставить навечно заткнуться, – пробормотал он.

Может быть, именно этого и хочет?

Снова звонок…

Каллистратов наконец нашел то, что искал. Выдернув шнур из розетки, схватил в руки огромную старинную лампу из бронзы и, приободрившись, шагнул к двери.

Одна рука на дверной щеколде, другая сжимает тяжеленную лампу.

Правда, по дороге он чуть не споткнулся о провод, покорно следующий за лампой, и чертыхнулся.

Теперь в дверь звонили настойчиво, громко, и Каллистратов открыл, крепче сжав лампу, занося ее для удара.

– Господи! – выдохнула Дина, в ужасе таращась на фигуру Каллистратова с лампой в руке. – Что с тобой, Влад? Почему ты вцепился в эту дурацкую лампу?

Он опустил лампу и нервно рассмеялся.

– Лучше помоги втащить сумку с продуктами, – попросила Дина. – Я дико устала.

Он поставил лампу на пол и внес сумку.

Дина расстегивала плащ, продолжая смотреть на него с испугом.

– Влад, что с тобой, а?

Ее прохладная рука дотронулась до лба Каллистратова.