Непредвиденная ситуация

– Саша, ну в конце-то концов! – снова раздался у него за спиной раздраженный голос Белкиной. – Сколько можно?

– Иду, Людмила Николаевна.

– А что вы хотели бы иметь? – не понимая, что происходит: то ли иду на попятную, то ли в наступление, спросила я.

– Романтический вечер вдвоем, – с холодным блеском в глазах сказал Александр.

– Со мной? – глупо переспросила я.

– С вами.

Интересно, как выглядит со стороны наш обмен лаконичными репликами.

Я пребывала в самом настоящем замешательстве.

– Ну так что? – полюбопытствовал Александр.

– Это ваш метод? – вызывающе усмехнулась я.

– Итак?

Стою здесь и торгуюсь! Что же, соглашаться? Позволить этому молодчику распоряжаться мной?

– Когда? – глухо произнесла я, сдерживая волнение.

– Сегодня или завтра, когда вам будет удобнее.

А мы обходительны!

– Я оставлю вам номер своего телефона.

Вместо ответа Александр посторонился, впуская меня в квартиру. Едва я оказалась в гостиной, как поняла, что окружена драгоценным ампиром и недружелюбным вниманием Белкиной и невысокого грузного господина в сером костюме.

«Где-то я его видела», – пронеслось у меня в мозгу.

– Людмила Николаевна, – начал разруливать ситуацию Александр, – будет лучше, если вы поговорите с девушкой.

Он обратил на Белкину красноречивый взгляд.

– Это еще почему? – возмущенно, чтобы скрыть свою растерянность, произнесла она.

– Положение обязывает. Подумайте, что будут болтать в городе, если ее газета, – он кивнул в мою сторону, – напечатает, что Белкина Людмила Николаевна уклонилась от разговора с представительницей тарасовской прессы.

Зачем вам такая слава? Понятное дело, вы переживаете и вам не до интервью, но, что ни говори, пресса – это четвертая власть, хотим мы того или нет.

Александр проникновенно смотрел на Белкину. Та же словно вся сжалась внутри, одеревенела. Только красивые темные глаза, казалось, жили на ее застывшем побледневшем лице своей беспокойной жизнью.

На секунду в них мелькнуло затравленное выражение, и впервые за время моего визита во мне шевельнулось что-то похожее на сочувствие.

– Людмила, – произнес солидный господин в сером костюме, – вы можете поговорить в кабинете, а мы с Александром пока обсудим наши дела.

– Вы мне не верите?! – истерично воскликнула Белкина. – Это сговор! Шантаж!

– Людмила, – ласково приобнял ее за плечи мужчина в сером костюме, – возьми себя в руки.