Никто не хотел убивать

Мать уже умерла, поэтому жил я один. Встретил Серегу. Обрадовался, да и он, по-моему, был не против возобновить со мной дружбу. В общем, схлестнулись мы с ним. Работы у меня тогда не было, и он предложил одно дельце. Не совсем, правда, оно честное было. Да сейчас все так делают, по совести никто не живет. – Он налил очередную рюмку и, залпом осушив ее, продолжил: – Дело было очень простое – с завода платы брали. Серега договорился, что нам их каким-то нелегальным путем сделают, а потом по липовым накладным мы их получим.

Костя замолчал и задумался. Он уже был изрядно пьян.

– А что за платы? Зачем они вам были нужны?

– Обычные платы. Маленькие такие… – с трудом ворочая языком, ответил Костя.

– А на каком заводе-то брали?

– На сорок седьмом… Серега был гений…

Хозяин квартиры опустил голову на стол и пьяно всхлипнул.

«Так, похоже, на сегодняшнем разговоре можно ставить точку», – подумала Лариса. Однако она предприняла еще одну попытку разговорить пьяного Костика.

– А Свету ты откуда знаешь? – спросила она.

– Светку? – он поднял голову и мутными глазами посмотрел на Ларису. – Она классная девчонка. Это она додумалась баб по квартирам развозить. Да она с этого имела… Неплохие бабки. А уж когда в Москву… Тут уж совсем другой разговор пошел.

Костик поднял вверх указательный палец и, качая головой во все стороны, бормотал:

– Честолюбивая к тому же – ужас. Мне, говорит, будет принадлежать все.

– В каком смысле все? – живо заинтересовалась Лариса, почувствовав, что она близка к тайне отношений между Светланой и Сергеем.

– Да я не знаю, – махнул Костик головой.

– Костик, я тебе помогу, но и ты уж постарайся, вспомни. Я тебе говорила про Таню Миронову. Может быть, ты слышал что-нибудь о ней.

– Не-а, не слышал, – икнув, ответил Костик. – Да ты к Ольге сходи – она, поди, все знает.

– Что за Ольга?

– Светкина секретарша или помощница, как хочешь ее назови, – говорить Костику становилось все труднее. – Она часто девчонок в Москву сопровождала.

– А куда они их в Москву возили? – терпеливо наседала на Костика Лариса.

– В Москву – это значит… в Москву, – выдавил из себя Костик и рухнул на стол.

– Подожди, – с отчаяньем вскрикнула Лариса, – а где она хоть живет?

– Там, – махнул он рукой в неопределенном направлении.

Спустя мгновение его рука безжизненной плетью опустилась на стол.