Отмычка к ее жизни

А потом он и сам сможет выбрать, с кем ему лучше. А ты его и сама видишь-то раз в месяц.

Никита поставил пустой стакан в раковину и пошел в прихожую одеваться. Мария растерялась. Впервые в жизни Никита вел себя так независимо, что на него не действовали ее обычные методы прессинга. Она уже не знала, на что ей надавить, но и оставлять все так не могла. Услышав, что муж уже надевает ботинки, она вскочила со стула и вылетела в коридор.

– Ты не можешь меня так оставить, потому что… Потому что это подло! – выпалила она.

 – Ты даже не посоветовался со мной, ты меня просто ставишь перед фактом.

– Брось ты, когда это мы советовались друг с другом? – завязывая шнурок, сказал Никита.

– Но ты можешь хотя бы сказать, куда ты уходишь? – в отчаянии закричала она.

– Маша… – Никита поднял на нее усталые глаза. – Ну зачем тебе это? К чему весь этот разговор? Ведь бессмысленно все и бесполезно. Я пошел, опаздываю уже. И хватит тебе, я же знаю, что ты по мне убиваться не будешь. А жить будешь, может, и лучше.

Ну зачем я тебе нужен? Ты и сама зарабатываешь, и отец помогает, и мать с ребенком сидит. Найдешь себе кого-нибудь другого и довольно быстро, ну? – Никита говорил мягко и даже потрепал жену за плечо. – А я за вещами попозже зайду.

– За вещами? – в глазах Марии появилась злобная вспышка ярости. Она резко скинула руку мужа. – Так вот знай – никаких твоих вещей здесь нет, ясно? Здесь все только мое! А ты… Ты просто голодранец! Все, что здесь есть, куплено на мои деньги и деньги моего отца! А если ты что и заработал, то опять же благодаря ему! А квартира, между прочим, на меня оформлена, а машина – на папу, ты на ней по доверенности ездишь, если забыл! А после такого папа тебя вообще в дерьмо втопчет, будешь на бирже труда всю жизнь стоять!

– Да, видно, по-хорошему ты вообще разговаривать не умеешь, – тихо, словно самому себе, сказал Никита и вышел из квартиры.

Мария бросилась к окну, чтобы убедиться, что муж выводит из гаража машину, и предъявить ему этот факт. Но Никита направился через двор на автобусную остановку.

Мария бессильно опустилась на табуретку, достала из кармана сигареты и закурила. Настроение ее было совсем мрачным.

Да, Никита прав, она не станет по нему убиваться. Волновало ее другое. Мария совершенно не могла представить себя брошенной. Женщина должна быть замужем – в этом Мария была убеждена. Все-таки, что ни говори, а к незамужним или разведенным совсем другое отношение. Такие женщины всегда казались Марии ущербными.