Отсчет свидетелей

Он не стал бы ввязываться в подобные махинации, тем более что тоже имел хороший доход от фирмы.

– То есть можно сказать, что вы были партнерами? – уточнил Валерий.

– В принципе да, – согласилась Анна Викторовна. – Он только формально числится моим заместителем. Первоначально мы с ним организовывали дело на равных правах. Впоследствии я заняла должность генерального директора, а Воробьев согласился быть моим заместителем.

– Следовательно, на договоре должна быть и его подпись, – заметил Валерка.

– Честно говоря, я даже не обратила на это внимания, – растерянно сказала Анна Викторовна. – Поймите, мне в тот момент было не до этого, тем более что Родин так настойчиво наседал на меня.

– Что же произошло с Воробьевым? Почему вы его до сих пор не можете найти? И вообще каким образом появились подписи на документах? – задала я вопросы, ответа на которые никто из присутствующих дать не мог.

Анна Викторовна неуверенно пожала плечами и растерянно посмотрела на меня.

– Когда в последний раз вы виделись с Дмитрием Михайловичем? – поинтересовалась я у Минаевой.

– Он мне звонил в субботу вечером, – ответила она. – Все-таки я отсутствовала на работе в течение недели, поэтому он должен был со мной поделиться новостями.

– И что он вам говорил?

– Сказал, что все в полном порядке, неделя прошла вполне спокойно, – рассказала Анна Викторовна. – Только сказал, что сам он приболел немного: у него был хрипловатый голос, который я сначала и не узнала.

– Голоса не узнали? – насторожилась я.

– Сначала нет, – подтвердила Анна Викторовна. – А когда он объяснил, что это связано с простудой…

– А вы уверены, что в субботу вам звонил именно Воробьев? – неожиданно спросил Гурьев, и мы дружно перевели взгляд на него.

– Он же представился, – неуверенно ответила Минаева.

– Ну и что, – хмыкнул Гурьев. – Представиться по телефону мог кто угодно. Может быть, с вами разговаривал не сам Воробьев, а кто-то другой?

– Кто? – не без интереса спросила Анна Викторовна.

– Понятия не имею, – развел руками Валера. – Мало ли кто это мог быть. Я даже думаю, что звонивший хорошо знаком с Дмитрием Михайловичем, если осмелился разговаривать с вами.