Парящая в небесах

 – По сравнению с Баркашовым-то он просто лапушка. Воплощение невинности и христианских добродетелей…

– Я познакомлю тебя с одним человечком, Сашенька, – произнес Лариков после достаточно утомительного молчания. – Может быть, он просветит тебя в этом отношении… Тогда ты поймешь, что лучший выход для нас с тобой, девочка, отдать фотографии Мещерскому, и пускай со своим потомком сам разбирается. Так что в темпе создавай подробный отчет и не бери все это в голову.

Ладно… Не стану же я откровенно бунтовать!

Я обратила свой правдолюбивый взор на экран монитора.

Немного потружусь, и мое досье будет готово.

«Мещерский Владислав Николаевич. Год рождения – 1972. Причина расследования – обращение отца. Подозрение в связях с группировкой «ТМ».

– Пакостная организация, – поморщилась я. – Слушай, ему что, делать нечего? У папочки денег куры не клюют, а он вползает в эту группу агрессивных дебилов и рэкетирует старушек, торгующих семечками. Малышу явно некуда приткнуть свои огромные силы!

– Власть, – коротко бросил Лариков.

 – Пацану хотелось доказать свою значимость!

– Да не пацан он, – ответила я. – Гаденыш. Мне он за пару суток тесного соседства показался хуже рвотного порошка!

– Сашка, я тебя уволю, – вздохнул Лариков. – Тебе надо работать не у меня. – Нет, именно у тебя. Поскольку я представляю светлое и совестливое начало.

– Спасибо. Я, значит, начало темное и бессовестное.

– Конечно. Иначе согласился бы со мной и посадил не только мальчугана, но и всю его компанию.

А заодно с ними и папу. Потому как я подозреваю, что у папеньки нашего дружки не лучше. Постарше – может быть, но та же примерно фактура. Вот, сам погляди, экий красавчик!

Я ткнула пальцем в физиономию на фотографии. Владик Мещерский с этим типом обнимался. Судя по их радостным физиономиям, они были в восторге друг от друга!

А физиономия-то принадлежала личности весьма и весьма знаменитой! А именно – крутому малому, который пас «бандитствующее» стадо микрорайона Рабочий, известное тупой и малоосмысленной жестокостью.

Меня бы и под пушками не загнали в этот достославный район вечером без пулемета.

– Какого черта он к нам обратился? – проворчала я.

– Чтобы прихватиться к выборам, – объяснил Лариков. – Понять, чего можно ожидать от противников. Поняла?

– Ох, а сколько он тут наговорил красивых речей! – возмутилась я.