Потенциальная жертва

Он достал бумагу с гербовой печатью и протянул мне.

Послание было крайне резким и не терпящим возражений. Прошу, мол-де, оказать содействие подателю сего. В противном случае найти причину ликвидации вашей фирмы не составит труда…

– И ведь найдут, Сашенька! Подложат нам с тобой наркоту, и – пойдем мы вдаль, смотря на горизонт тоскливыми глазами!

Я присвистнула от восторга перед таким изящным шантажом. Подпись «главного прокуратора» не оставляла нам никаких сомнений, что у нас единственный выход – согласиться с «нижайшей просьбой».

Иначе мало не покажется!

Глава 2

Многозначительное молчание моего босса заставляло меня испытывать такой «трепет сердечный», что передать словами я все равно вам ничего не смогу. Достаточно сказать, что в данный момент перед моими глазами промчалась галопом вся моя короткая жизнь.

Будь проклят тот час, когда я прочитала его объявление и нелегкая принесла меня на собеседование, а еще более нелегкая моя судьба сыграла со мной злую шутку, заставив этого несчастного принять меня на работу.

Лучше бы сидела я сейчас в скромной библиотеке, перебирая тисненные золотом фолианты, и даже унылость этакой жизни была бы прекрасна, поскольку там я была бы гарантированно жива!

Ну если, конечно, шкафчику с фолиантами не приспичило бы рухнуть на мою многострадальную голову! Но в это верилось с трудом, поскольку ни один шкафчик ни с того ни с сего на голову не упадет, а посему мне бы наверняка удалось дожить в библиотеке до старости, а тут…

С тяжелым вздохом обернулась я к Ларикову.

– То есть меня запросто могут перепутать с дочуркой этого господина Мальпера и грохнуть? Так?

Он молчал.

– И ты ничего не имеешь против, – печально констатировала я очевидный факт.

– Саш, ты же не эта французская изнеженная девица, – попробовал возразить мне он. – Тебя убить посложнее…

– Но все-таки можно, – кивнула я. – Ладно, излагай проблему четко и ясно. Этот французский мошенник только вздыхает и стонет, и ничего четкого и ясного от него не добьешься.

– Попробую, – кивнул он, явно обрадованный моей снисходительностью. Еще бы! Как бы он сам отреагировал, если бы я предложила ему отдать жизнь за какого-то неизвестного ему француза?

Он облегченно вздохнул и начал свой рассказ:

– Все это – ужасно темная история…

– Самое темное для меня – чем тут таким нелегальным занимается Мальпер? – встряла я незамедлительно в его размышления.