Радость вдовца

– Есть проблемы? – с улыбкой превосходства поинтересовался охранник.

– Будут, – зло ответил парень в малиновом пиджаке и пошел к своему столику, где его ждали ухмыляющиеся приятели.

Аркадий сел за стол, опрокинул в себя рюмку коньяка и закурил.

– Здорово, – восхищенно проговорила я, – а я уж думала – у нас сегодня будут неприятности.

– Армейские навыки еще сохранились, – снисходительно улыбнулся Аркадий.

– Вот почему я хочу уехать из этой страны, – возмущенно произнес Всеволод, пальцем поправляя очки на переносице, – даже в таком приличном, казалось бы, заведении, нельзя спокойно отдохнуть.

Все время ожидаешь какого-то подвоха. Думаешь, они успокоятся? – обратился он к Аркадию.

– Какая разница, – пожал тот плечами, – главное, что сейчас они утихли. Я думаю, мы должны пойти потанцевать, – он встал и подал мне руку.

Я не считала правильным его поведение в данном случае: он еще больше мог раззадорить «малиновых пиджаков», но отказаться было неудобно, и я с улыбкой приняла его приглашение.

Следом за нами поднялись и Маринка с Всеволодом. На этот раз играли что-то быстрое, кажется, рок-н-ролл. Аркадий прекрасно танцевал, он был в ударе и выделывал на небольшом пространстве замысловатые па. Я тоже старалась от него не отставать. Рядом двигались Маринка и Всеволод. Как только мелодия закончилась, Маринка потащила меня «поправить прическу», как она выразилась. Через несколько минут мы вернулись и уселись за столик, где в одиночестве сидел Аркадий.

– А где Всеволод? – беспардонно поинтересовалась Маринка.

– Ему тоже надо поправить прическу, – иронично отозвался Аркадий. – Давайте выпьем.

Пока мы ходили, на столе появился небольшой графинчик, как я предполагала, с коньяком и новая бутылка «Шато де Берн». Рюмки наших кавалеров были наполнены, Аркадий налил вина Маринке и плеснул немного в мой почти полный бокал. К этому моменту подтянулся и Всеволод.

– За что будем пить? – он обвел глазами всех сидящих за столом и поднял свою рюмку.

– Конечно, за женщин, – лукаво улыбнулся Аркадий и, коснувшись своей рюмкой наших с Маринкой бокалов, сделал небольшой глоток.

Его лицо исказила гримаса боли, рот скривился, глаза затуманились. Он судорожно поднес одну руку к подбородку, второй попытался опереться о стол, но не удержался и стал заваливаться в сторону Всеволода, и, наверное, упал бы, если бы тот вовремя не поддержал его.

– Помогите, – заверещала Маринка, вскакивая со стула.