Сейф для семейных тайн (сборник)

Лариса неожиданно онемела от этих слов. Она, конечно, понимала, что между ними уже не те отношения, что раньше, но чтобы Котов не мог ее видеть? Она так ему противна? Глаза предательски заморгали, но женщина справилась со слезами.

– Тогда зачем мы живем вместе, если тебе так неприятно мое общество?

– Я именно об этом тебя и спрашивал сегодня за ужином. Зачем я утруждаю себя твоим обществом. Боже! Как ты мне надоела! Как я мечтаю, чтобы ты свалила отсюда куда-нибудь. Только Настьку я себе оставлю. – Котов налил себе водки и махом опрокинул рюмку.

Лариса беззвучно открывала рот. Затем она повернулась и побежала в комнату. Заперев за собой дверь, она упала на кровать и заревела, как маленькая девочка.

«Мне его постоянно жалко. Я не могу бросить его только из-за этого. А он? – вертелись мысли в голове. – Он мечтает, чтобы я свалила. Какой ужас! За что мне все это? Почему мне? Ну разве не достойна я нормального мужика? Пусть не идеального, но хотя бы обычного. И зачем я, дура, с ним живу? Ушла бы давно и не мучилась.

Прокормить и поставить Настю на ноги и без его денег смогу».

Котова встала и начала метаться по комнате.

– Что же мне делать? – спрашивала она себя. – Идти мне некуда. Да и вообще, почему я должна уходить? Опять же Настя. Почему она должна пострадать? Нет уж! Хочет, пусть сам сваливает. Это такая же моя квартира, как и его. И никуда я отсюда не уйду.

Лариса села. Потом решительно встала и спустилась снова вниз.

Она подошла к шкафу, достала припрятанную бутылку вина и пошла с ней на кухню.

Демонстративно достала штопор, налила себе в бокал красного вина и села перед Котовым.

– Вот что, дорогой. Я отсюда никуда не уйду. Если тебя что-то не устраивает, то скатертью дорога. А мы останемся здесь. Можешь в суд подавать, разменяемся. Но пока даже заговаривать об этом не смей.

Лариса говорила уверенно. Глаза ее блестели, а голос был громким и спокойным. Котов развалился на стуле, но ничего говорить ей не стал. Он уже не мог.

Котова посидела немного, а потом взяла бутылку и бокал с собой и гордо удалилась.

Смотреть на пьяного мужа не было ни сил, ни желания.

В комнате Лариса налила себе еще, включила телевизор и стала щелкать каналами. На душе было все так же противно, но появилась злость, которая не позволяла ей больше разреветься.

Котова остановила свой выбор на каком-то фильме. Минут через пятнадцать она поняла, что это была мелодрама. Большая и светлая любовь соединяла героев, но, как и положено, не сразу.