Новая русская (сборник)

– Постой, – вдруг сказал он. – А как это может быть? В июле… в марте… восемь месяцев… Подожди, а ведь мы с тобой в июне… – Гордеев был явно растерян. – Так что, ты хочешь сказать, что…

– Все может быть, Игорь… – Ольга оторвала смущенный взгляд от стола и посмотрела ему прямо в глаза.

Гордеев положил вилку и уставился на Ольгу с полураскрытым ртом.

Позже она поймет, что рассказала ему об этом, руководствуясь лишь практическими соображениями. Она рассчитывала на то, что, узнав об этом, Игорь поможет ей материально – для него ведь лишние полтысячи в месяц не являются проблемой.

Сама Ольга была уверена, что отцом ее сына является Добров, но встреча с Игорем поколебала ее уверенность. Слишком уж много общего находила она во внешности своего сына и Игоря.

Она рассчитала правильно. Гордеева очень взволновало ее сообщение, остаток вечера он был особенно галантен, подвез ее до дома и спросил, где ее можно найти. Через несколько дней Игорь приехал к ней в школу, подарил ей цепочку и привез деньги.

Причем абсолютно ничего не потребовал взамен.

Ольга бы в принципе и не противилась, если бы потребовал. По одной ей известным признакам в поведении мужа она догадывалась, что у того появилась какая-то новая пассия. Поэтому она рассудила, что с моральной точки зрения она не может испытывать никакого чувства вины, если попробует оживить старый студенческий роман.

Единственное, на что Ольга не соглашалась, так это на то, чтобы Игорь познакомился с Димкой.

Она лишь показала ему его фотографии.

Однако их отношениям не суждено было продолжиться – в начале марта Игорь улетел в Америку на бизнес-стажировку. Ольга же на деньги, которые дал ей Игорь, купила необходимые вещи сыну и даже подумывала о том, чтобы прикупить что-то и себе.

И сейчас, стоя у кассы нового супермаркета, она решила, что завтра сходит в универмаг. Ожидая, пока подойдет ее очередь, Ольга рассеянно смотрела в окно.

Напротив находился дом, который был отстроен относительно недавно, года три назад.

Это был дом, в котором проживали «новые русские». Во всем доме было всего лишь четыре трехэтажных квартиры. Изящный фронтон здания был окрашен в белые и красные тона, рядом с входными дверями в квартиры располагались ворота гаражей.

«Если бы у меня тоже была аллергия на травы и я не поехала бы в этот чертов лагерь, может быть, сейчас тоже жила в подобном домишке», – цинично подумала Ольга и тут же осеклась.