Синий дракон

 – Как он мог так просто взять и утонуть?!

Руслан виновато пожал плечами, а Артур сказал зло:

– Что ты орешь? Все напились как свиньи – кто что видел? Крот тоже хорош был. Полез, наверно, в воду – судорога – и амба!

– Этого не может быть, – жалобно пролепетала Лора. – Крот такой сильный…

– И не таких сильных водка губила, – назидательно произнес Артур. – Так вы готовы? Поехали тогда!

– Постойте! – глупо улыбаясь, сказал Руслан. – А что все-таки с одеждой делать?

– Можешь взять ее себе на память, – отрезал Артур.

 – А лучше всего оставить ее здесь. Кто-нибудь найдет. Зачем нам искать приключений на свою шею?

У Лоры не было сил возражать, да и ни за какие коврижки она не заставила бы себя прикоснуться к вещам Крота, которые, может быть, еще хранили тепло его тела. Тела, которое сейчас покоится в холодной тине, облепленное водорослями и разбухшее от воды…

Отойдя подальше от берега, Артур распорядился:

– Поройтесь под сиденьем – там у меня водка. Опохмелитесь маленько – все легче будет…

Руслан с энтузиазмом нырнул под сиденье, и через минуту они прямо из горлышка глотали теплую водку, давясь и поминутно сплевывая за борт.

Но на душе действительно полегчало. Слезы на щеках Лоры высохли, и ее охватило сонное безразличие, словно страшная история случилась не с ней, а с кем-то совсем посторонним. Она незаметно задремала.

Артур высадил их в Затоне, на окраине города, и, еще раз напомнив, что он их не видел, а они его не знают, умчался. Втроем они дождались автобуса и в полном молчании разъехались по домам.

Глава 3

Лора, закончив повествование, умолкла. Я разглядывала ее хрупкую беспомощную фигурку и пыталась вообразить, как выглядит это трогательное создание после стакана водки. У меня ничего не получалось.

Подозреваю, что мои коллеги думали о том же, но по их лицам нельзя было ничего угадать. Никто не произнес ни слова – да и что тут можно было сказать? История, изложенная Лорой, казалась бессмысленной и дикой, но донельзя банальной. Собралась компания, выпили, подрались – потом один утонул, а прочие в страхе разбежались.

Случай прискорбный, никто не спорит, но к нашей газете имеющий весьма отдаленное отношение.

Так мне подумалось в первую минуту, но что-то помешало сказать об этом Лоре напрямую. Какие-то детали в ее рассказе, еще не вполне осознанные, удерживали меня от окончательного вывода. Однако нужно было что-то говорить, и я осторожно заметила:

– Боюсь, все-таки мы не сможем вам помочь, Лора.