Синий дракон

Я хоть и мать ему, а честно предупреждаю. Он у меня такой – оторви да брось, одним словом! А живет он в пяти кварталах отсюда – Кузнечный проезд, дом пять, квартира четыре. Я у него и была-то один раз, когда переезжали…

– Хорошо, спасибо, – пробормотала я, повторяя в уме адрес. – Ну что ж, как говорится, позвольте тогда откланяться… Жалко, что беседа у нас не получилась…

– А нечего и жалеть! – улыбнулась Кротова. – Ты бы лучше с артистом каким побеседовала, с художником… А с нами что за беседа!

Мы распрощались, и я, несколько обескураженная, поехала по указанному Кротовой адресу – чем черт не шутит – может быть, ее сын сидит сейчас дома, живой и здоровый?

Однако, как ни мала была информация, почерпнутая мной у Кротовой, она в очередной раз подтвердила, что с сыном Кротовой было далеко не все ладно.

Итак, что я имела: вернувшись из армии, Кротов намеренно удалился ото всех, кто его хорошо знал, и зажил какой-то замкнутой жизнью, в которую никого не допускал. При этом у него водились денежки. Моя интуиция уже не подсказывала, а просто-таки кричала, что мы действительно напали на загадку – и не какую-нибудь, а с самым что ни на есть криминальным уклоном.

Квартира Кротова в Кузнечном проезде располагалась на первом этаже пятиэтажного дома. Ее окна, выходящие на улицу, были плотно закрыты шторами. Без особой надежды я несколько раз нажала на кнопку дверного звонка. Мне, конечно, никто не открыл. Я попыталась навести справки у соседей, но на месте оказалась только древняя старушка из третьей квартиры, которая не рискнула открыть мне дверь.

Наш диалог через замочную скважину получился забавным, но совершенно невразумительным.

Поняв, что больше ничего мне здесь сегодня не добиться, я распрощалась с осторожной старушкой и поехала в редакцию.

Глава 4

Мои изыскания отняли у меня не так уж много времени, но, когда я вернулась в редакцию, все, за исключением Ромки, были уже на месте. Я поняла, что ни Виктор, ни Кряжимский не могут чем-то похвастаться. Это было заметно по их лицам.

Доклады их лишь подтвердили мои опасения.

– Ничего, – пожимая плечами, сказал Виктор. – Воскресенье.

Мне с полуслова стало ясно, что он имеет в виду – эта мысль и раньше приходила мне в голову. Действительно, восемнадцатое августа было воскресным днем, и по этому случаю множество людей собирались провести его на Волге. Наверняка на лодочной станции с утра толпилась куча народу, и вряд ли кто-то обратил внимание на одну из бесчисленных компаний.