Странница в ночи

По мере того как Виктор раскрывал передо мной картину происходивших в оные времена событий, я все больше и больше начинала понимать, что не все истории с наследствами невероятно скучны.

Когда Виктор поехал отдыхать в Италию, он и не знал, что этот отдых станет началом работы. Но его жена (упоминание о ней кольнуло меня в сердце) настойчиво приводила примеры удачливых подруг и сетовала на свою незадавшуюся судьбу. Поэтому Виктор согласился поехать в небольшой городок Брешию, старинный и красивый, к тому же почти курортный и доступный по финансам.

Жена носилась по магазинам, Виктор развлекался осмотром достопримечательностей. Италия его поразила – ничего красивее Венеции, например, он никогда не видел. Романтический антураж Брешии потряс его воображение. Вот там-то он и встретился с одиноким и богатым Шлендорфом.

Судьбоносная встреча состоялась в парке, на лавочке перед огромным прудом с лебедями.

Самого старика Виктор видел уже раньше – тот бывал тут каждое утро, кормил лебедей и печально смотрел в небеса.

Виктор случайно толкнул старикана, поднимаясь со скамейки, и извинился на русском. Правда, поняв оплошность, быстренько повторил: «Скузи», но старик взглянул на него и на очень хорошем русском спросил:

– Вы – из России?

Виктор кивнул.

– Да. Из Петербурга.

Старик вздрогнул и ничего не сказал. Виктор решил, что дальнейший разговор не состоится – мало ли какие дурные воспоминания связаны у того с Россией.

Он уже хотел уйти, но старик дотронулся до его руки и спросил:

– Вы верите в провидение?

Честный Виктор был вынужден признаться, что не верит.

– А я верю. Вас послал Господь, чтобы я наконец-то мог искупить свой тяжкий грех перед маленькой девочкой… девочкой, которая по моей вине осталась без средств к существованию.

Будучи сыщиком, Виктор профессионально заинтересовался. Старик сначала помолчал, а потом спросил, нет ли у Виктора знакомого детектива.

– Есть, – потупился скромно Виктор. – Я сам.

Старик окончательно поверил в то, что Виктора притащили на эту скамейку сами ангелы, и так обрадовался, что Виктор начал серьезно опасаться, что он преставится у Виктора на глазах.

– Надо же, как бывает… Ах, Тонечка, Тонечка! Теперь я смогу все исправить…

Перемежая бессвязную русскую речь немецким, итальянским и французским, старик лопотал какой-то бред про деньги, бедную Тонечку и свою негативную роль в ее драматической судьбе довольно долго.