Я – жена злодея? Требую развод!

Я спокойно наблюдала за спектаклем – девочка старается, в коне концов, не хочу испортить ее дешевую игру.

Заметив, что ее уловки меня совершенно не волнуют, красавица широко открыла глаза и снова поднялась. Какая энергичная леди, однако.

– Пока ты прохлаждалась здесь, мы три дня подряд были вынуждены обедать одними и теми же блюдами! – продолжила бросаться упреками она.

Любопытно! Неужели Беатрис здесь подрабатывала местным аналогом золушки? Впрочем, не может быть, чтобы богатый аристократ позволил своей жене возиться на кухне: даже если бы она захотела этим заниматься – леди работать не по статусу, она бы опозорила супруга таким странным пристрастием.

– Если мне не изменяет память, приготовлением обедов и прочих приемов пищи занимается кухарка, – не теряя спокойствия, напомнила я. Наверняка я не знала, есть ли здесь такая дама, но предполагать, что в огромном особняке Даркрайса жена готовит сама, как-то даже смешно.

Леди снова захлопала глазами от возмущения, сжала кулачки.

Однако теперь уже она вынуждена оправдываться.

– Память тебе не изменяет, но все распоряжения ты всегда давала кухарке лично, а теперь экономка не знает, какие блюда подавать.

– Если она не справляется со своими обязанностями, то почему до сих пор работает здесь? – уточнила я, окончательно переходя в наступление. Но кажется, выбрала слишком суровый тон – под моим напором золовка замерла, пару раз открыла и закрыла рот, но так ничего и не ответила.

Какое-то странное тут поместье.

Насколько я помню из книги и из истории, богатые леди благодаря огромному штату прислуги полностью избавлены от забот по дому. По крайней мере, в этом мире. Конечно, при желании они могли взять контроль за поместьем в свои руки, но при этом им следовало сохранять вид веселый и беззаботный.

Когда стало ясно, что сестрица мужа не может выдавить из себя ни слова, я вздохнула и продолжила уже спокойнее.

– Сегодня я лично спущусь на кухню. И хочу видеть там не только служанок, но и экономку.

Мои слова, хоть и произнесенные ровным тоном, молодая леди восприняла как приказ. Кивнула и, напоследок махнув тяжелой бордовой юбкой, покинула комнату. Сразу стало тише и просторнее, я вздохнула с облегчением и принялась за еду.

Почувствовала, что сыта, когда на подносе еще оставалась почти половина еды. Но запихивать в себя булки силой не стала, хоть – надо признать – они оказались очень вкусными, и позвонила в колокольчик.